Ниточка к сердцу

Метрах в пятидесяти на перекрестке он встал и начал озираться с видом человека, заблудившегося в незнакомом месте. Вынул блокнот и якобы стал искать в нем адрес, сам постреливая глазами по сторонам. Моури, естественно, спрятался.

Наконец Коренастый пошел обратно. Поравнявшись с пистолетом, он «случайно» уронил блокнот, одним ловким движением сгреб его вместе с оружием и небрежно зашагал дальше. Причем в руках у него был только блокнот – пистолет куда-то подеваллся.

Выждав немного, Моури последовал за ним, стараясь не светиться.

Этот тип, судя по всему, был профессионалом, а значит, сбросит хвост в два счета. Ценная добыча, только бы не упустить…

Коренастый вскоре юркнул направо, на узкую захламленную улочку, а через несколько шагов свернул налево. В конце улицы он зашел в дешевый бар с пыльными окнами и облупившейся вывеской над дверью. Местечко выглядело довольно зловещим – типичная крысиная нора, в которой преступные элементы прячутся в ожидании ночи. Впрочем, волков бояться – в лес не ходить… Моури смело распахнул дверь ногой и вошел в зал.

Внутри воняло несвежей едой, потной одеждой и кислым зитом. Бармен за стойкой встретил незнакомого посетителя хмурым взглядом. С десяток клиентов у заляпанной облезлой стены тоже недобро сверкнули глазами. Наружность у них была самая что ни на есть бандитская.

Моури вразвалку подошел к бару и небрежно бросил:

– Мне кофе.

– Кофе?! – дернулся бармер будто ужаленный. – Чтоб меня святая Джейма, это ж отрава спакумов!

– Угу. Надо тебе пол чуток заблевать, а то больно чисто.

 – Моури хрипло хохотнул. – Эй, не спи, приятель. Зита мне!

Тот хмуро взял с полки кружку весьма сомнительной чистоты, наполнил ее разбавленным дешевым зитом и протянул Моури:

– Полгульдера.

Он отсчитал монеты, сделал глоток и под прицелом двух десятков глаз уселся за столик в темном углу. Не обращая внимания на мрачную тишину, огляделся и кивнул кое-кому из посетителей с таким видом, словно был в этом месте завсегдатаем. Наконец встретился взглядом с Коренастым.

Тот взял свою кружку и пересел к нему.

Обстановка заметно разрядилась. Напряжение спало, к Моури потеряли интерес. Бармен с облегчением отвернулся, снова зазвучали голоса. Судя по всему, Коренастый был в этих местах личностью известной, раз его знакомым тоже доверяли.

Сидя напротив Моури, тот представился:

– Я Бутин Архава.

Он сделал паузу, словно ожидая ответной любезности. Моури промолчал, поэтому тот продолжил:

– А ты не отсюда. С Диракты.