Кровь и лунный свет

 – Я не ребенок!

– Так не веди себя как ребенок, – приподняв брови, отвечает магистр.

Реми вылетает из кухни, не сказав больше ни слова. Спустя несколько секунд до нас доносится громкий топот с лестницы: он поднимается в свою комнату на третьем этаже.

Я с удивлением на лице поворачиваюсь к архитектору:

– Что это с ним?

Магистр Томас устало потирает лицо, но тут же отводит руку и морщится из-за порезов на пальцах.

– Не уверен, что смогу доверить ему расширение трансепта через два года.

– Почему? Он же закончил учебу.

– Да, но ему предстоит еще многому научиться. Даже я стал мастером только после того, как мне исполнилось двадцать пять.

Интересно, как воспримет Реми, что после восьми лет учебы и подготовки ему придется ждать еще пять?

– А каким вы были в его годы? – спрашиваю я.

На лице архитектора появляется улыбка, хоть и немного натянутая.

– Высокомерным. Самоуверенным и переполненным грандиозными планами. Неспособным ценить тех, кто меня окружает.

– Что ж, значит, Реми действует точно по плану.

В этот раз магистр Томас усмехается, а затем встает и убирает выбившуюся прядь мне за ухо.

– Сделай мне одолжение, направь все силы на восстановление модели.

– Это займет несколько недель…

…Потому что я потрачу не меньше пары дней, чтобы просто разобрать все осколки.

Архитектор склоняется ниже, чтобы заглянуть мне в глаза.

– И поменьше общайся с венатре. Дело не только в валериановом чае. Не сболтнуть бы что-то лишнее, – говорит он. – Ты рассказала все, что знала.

Большего ему знать не следует.

Я киваю, но не потому, что согласна, а чтобы показать: я услышала. И магистр уходит.

* * *

К тому моменту, как Реми появляется в мастерской, чтобы пройти в святилище, я успеваю собрать почти все куски, которые больше ни на что не годятся, в ведро, и разделить оставшиеся каменные блоки на несколько куч в зависимости от размера. Основание модели пока не трогаю. Прежде чем начать что-то строить, надо отремонтировать подставку.

Окно, ведущее на улицу, открыто, чтобы проникало больше воздуха и света, поэтому все утро в него заглядывают люди.

Я не обращаю на них внимания. Но ближе к полудню, когда я соскабливаю раствор с блоков, расположившись в центре комнаты, свет опять заслоняет какая-то фигура. И что-то подталкивает меня поднять глаза.

Это Симон из Мезануса.

– Как вы себя сегодня чувствуете, мисс Катрин? – осторожно спрашивает он.

– Довольно неплохо, сэр. Но я проспала больше двенадцати часов.