Дороже клятвы

– Не знаю, – призналась я. – Столько всего сегодня произошло. Вроде праздник, все должны радоваться, но… как-то не получается.

Придя к себе, я немного успокоилась, а аромат еды, заполнивший комнату, напомнил мне, что за весь день я съела только пару ложек рагу. В желудке заурчало и я, покраснев, потянулась за хлебом.

– Так-то лучше, – довольно произнесла Мэгги.

– Давай со мной, – предложила я, но служанка наотрез отказалась, заверив меня, что успела нахвататься на кухне. Я не поверила ей, и, разделив еду поровну, придвинула половину ей.

– Ваш отец убьет меня, если узнает, – начала она, но я ее перебила.

– Он не узнает. Он сейчас занят более важными вещами, указывает Генри его место, – сказала я, горько усмехнувшись.

– Что вы такое говорите, госпожа?! – ахнула служанка и тут же прикрыла рот ладонью. – Лорд Родерик души в вас не чает! И в господине Генри тоже! Просто отъезд господина Джеймса сильно расстроил его, ведь лорд Родерик так любит младшего сына, хоть господин Джеймс и огорчает его частенько.

– Джеймс – единственный, кто не боится нашего отца. Он всегда делал, что хотел. В этом он больше всех похож на него. Может, поэтому, отец любит его больше всех?

Мэгги почти не притронулась к еде. Не смея сидеть со мной за одним столом, она примостилась на низкий пуф, поместив миску с мясом и овощами у себя на коленях.

– Он любит вас, госпожа, больше всех! – с жаром возразила она. – Жаль, вы этого не видите!

Все то время, что я жила в замке после возвращения из монастыря, я только и слышала о любви отца ко мне.

Граф Десмонд действительно ничего не жалел для единственной дочери, которая по разговорам была живым портретом своей покойной матери.

– Лорд Родерик нашел вам выгодную партию, вы станете герцогиней! – продолжала говорить Мэгги. – Не графиней, не, упаси Боже, баронессой, а герцогиней! Только вдумайтесь в это!

Я вздохнула, в монастыре меня учили почитать отца, и ни в коем случае не становиться причиной его разочарования. Я плохо помнила свое детство, кажется, отец вечно отсутствовал в замке, оставив нас с Джеймсом на попечение воспитателей, и лишь верная Мэгги была всегда рядом.

Возвращаясь из походов, лорд Родерик едва ли замечал младших детей.

– Чудесный получился праздник, госпожа, – слова служанки вырвали меня из воспоминаний.

– Да, Мэгги, – согласилась я, – чудесный.

– Господин пригласил музыкантов, циркачей, люди давно так не веселились! – восторженно продолжила она.

– Да, людям нужен был праздник.