Я тебе объявляю войну!

Я так ушла в свои мысли, что слишком поздно услышала знакомую поступь. Я приподнялась на постели, натягивая на себя одеяло, пряча Потапыча под подушку, как дверь распахнулась, и на пороге появился Марк. Я не видела его очень давно. Он быстрыми шагами прошёл в комнату и с размаху плюхнулся в кресло.

– Мне сказали, ты ничего не ешь, – сказал он, подаваясь вперёд, опираясь руками на колени, сцепляя пальцы в замок.

В горле внезапно пересохло, язык налился свинцом, я знала, что надо что-то сказать, но могла только мычать.

– Я… Я буду есть, Марк, – наконец, пролепетала я, отодвигаясь к стене.

Мужчина хмуро следил за моими робкими неуверенными движениями.

– Мне не нравится, что ты целыми днями сидишь в комнате, ты уже давно поправилась, – продолжал он.

– Д… Да, – невнятно бормотала я, заикаясь.

– Что да? – Марк начинал злиться, а я впадать во все большую панику.

– Я… Я буду… выходить, – я была готова пообещать что угодно, лишь бы он прямо сейчас ушёл.

– Убери одеяло, – скомандовал мужчина, и я не посмела ослушаться.

Он, хмурясь, оценивающе осмотрел меня. – Даю тебе два часа. Приведи себя в порядок и спускайся. Жду тебя в своём кабинете.

Ну, вот и все. Передышка закончилась.

Я смотрелась в зеркало и ненавидела. Ненавидела свое тело. Поруганное и грязное. Я ненавидела эти волосы, которые он так любил наматывать на кулак, которыми он вытирал свой испачканный орган. Я смотрела на сухую безжизненную паклю, свисающую до пояса, и, прежде чем я успела понять, что делаю, моя рука сама потянулась к ножницам и отстригла прядь.

У меня не было парикмахерских или канцелярских ножниц, и я воспользовалась маникюрными. Всхлипывая, обливаясь слезами, я остервенело кромсала прядь за прядью. Долго. Грубо. Неровно. Некогда прекрасные локоны падали на пол, а я с ненавистью отпинывала их в сторону. Я так увлеклась, что не заметила, как кто-то вошёл в комнату и приоткрыл дверь в ванную.

– Какого хера ты творишь?! – рявкнул возникший на пороге Марк.

Я в ужасе обернулась.

Ножницы выпали из рук и со звоном, ударившись о плитку, отлетели в сторону. Мужчина выглядел разъяренным, ещё миг, и он бросится на меня. Я отступила назад, ещё шаг, и ещё, пока не уперлась поясницей в столешницу с раковиной. Господи, что я наделала?!!

– Марк, пожалуйста! Это всего лишь волосы! – взвыла я, закрывая лицо руками. – Всего лишь волосы! Они отрастут!

Глава 11.

– Это всего лишь волосы, Марк! – продолжала я всхлипывать все громче.