Одди. Поиски хрустального жезла

Лен ответил не очень уверенно, потому что начал сомневаться в правильности своего решения, но отступить было равносильно признанию в собственной трусости. Принц уже был не так полон решимости отыскать владельца таинственного голоса.

– Мы пойдём за голосом и выясним что это за шутник.

Арсидис, оставив свою лампу на ступенях лестницы, взял на руки гномиков и, осторожно ступая, спустился вниз за Леном.

В коридоре на первом этаже было много дверей, но голос исходил из-за двери, ведущей в подвал.

Арсидис, бережно прижимая к себе гномиков, прошептал.

– Лен, а что, если это ловушка? Может не пойдём?

– Нет, пойдём, – упрямился Лен. – Мы должны выяснить, кто разбудил нас посреди ночи. Неужели тебе не интересно?

– Ни капли, – качнул головой Арсидис и развернулся, чтобы уйти. – Тем более у нас нет ключа от подвала.

– Есть, – Лен прочитал заклинание, открывающее любые двери, и толкнул тяжёлые дубовые створки. – Пожалуйста.

Арсидис, едва услышав, как дверь с легким скрипом отворилась, остановился.

– Но, Лен!

Одди и Глен, уцепившись за шёлковые оборки пижамы снипа, зашептали.

– Идём! Идём, Арсидис!

И снип, нерешительно ступая, поплёлся за Леном в подвал.

– Ладно, – ворчал недовольно он. – Но если что-то произойдёт, то отвечать перед Тонхиродом будете вы все, втроём. А я посмотрю тогда, как вы будете выворачиваться.

Стоя на самой последней ступени лестницы, Лен, оглядываясь и поднимая над головой лампу, промолчал, оставляя реплику Арсидиса без ответа.

– Я здесь… здесь, – опять раздался тихий шёпот из самой дальней комнаты. – Здесь.

Открыв дверь с помощью всё того же заклинания, друзья неуверенно вошли внутрь комнаты.

– Кто здесь? – смело спросил громко Лен. – Покажись нам.

В тёмном углу комнаты лежал большой обломок горного хрусталя, который при последних словах Лена засветился тусклым, бледно-голубоватым свечением.

– Это я. Я позвал вас сюда, – тихо произнёс всё тот же шёпот.

Лен с удивлением посмотрел на хрустальную глыбу.

– Ты?

– Я, – мерцая, подтвердил голос. – Подойдите сюда, ближе.

Арсидис медленно подошёл к Лену и спустил вырывавшихся из его рук гномиков на пол.

– Лен, послушай, не делай глупостей. Ты же знаешь, что хрустальные осколки разговаривать не умеют. Здесь определённо какой-то подвох.  Когда учитель вернётся, то он сам и разберётся в чем тут дело, и что это за обломок.