Одна к десяти

Значит, эксперимент! Кико со злостью ухнул на стул. Рюкзак, который оставался на плече, громыхнул. Один из тихой тройки подошёл к девчонке и протянул невесть откуда взявшийся цветок. Девчонка перестала плакать, а щёки её покраснели. Она взяла цветок и несмело улыбнулась.

– Меня зовут Пик, – вдруг сказал Пик.

Девчонка улыбнулась смелее. На дне рюкзака Пика не знал, куда деваться от стыда, грудастый флаг восьмиденов.

– Меня зовут Сайли, – тихо сказала девчонка.

Лэндо подбежал к доске и стал рисовать:

– Вот наш класс.

Так расположены парты. – Он то и дело оборачивался, сверяясь. – Пик и Оуэн – в противоположных концах класса. Кико – второй во втором ряду, почти по центру, а ряды у нас по принципу три – четыре – три. Лишних парт нет. Значит…

Лэндо нарисовал на доске большой знак вопроса и подписал его: «Сайли».

Сайли снова смутилась. Лэндо развёл руками:

– И вопрос. Куда девать Сайли? Отдельной парты у нас нет. Значит, сядет к кому-то второй.

Сайли смотрела на восьмиденов, а они безмолвно таращились на неё.

Те, кто ещё стоял у входа, расселись по местам. Ушёл к своей парте и Лэндо, смахнув со столешницы невидимые пылинки. Сайли вышла к доске, встала прямо под знаком вопроса и видела всех. Нужно к кому-то сесть. Но к кому?

– Эй, как там тебя, Суйли! – приветственно махнул рукой Виллик. – Айда ко мне!

И мальчишек будто включили. Они размахивали руками, зазывали Сайли сесть рядом с ними. Кто-то нахваливал вид из окна, другие приглашали на первый ряд, где лучше всего видно.

Только Кико набросился грудью на парту и кидал на всех ненавистные взгляды.

– Только не ко мне, – цедил он сквозь зубы. – Только не ко мне!

Сайли задумалась. Она прижала указательный палец к губе и смотрела вверх. Потом обвела класс глазами. Все замерли на своих партах, даже Кико застыл. И вдруг догадка озарила лицо Сайли. Тихо и торжественно она пошла между рядами. Класс загудел. Каждый, мимо кого проходила девочка, дурашливо улыбался, согреваемый надеждой. Но Сайли шагала дальше. Она дошла до конца класса и стала переставлять цветы с невысокого стола на подоконник.

Протёрла стол тряпочкой. Вдохнула, задержала дыхание – и сдвинула стол к первому ряду, в самый конец. Никто раньше и не думал, что стол, на котором стояли цветы, – это и есть самая обычная парта… Знали бы – разнесли бы её загодя в щепки!

– Только не к первому ряду! – взмолился Лэндо. – Тогда получится схема четыре – четыре – три! Я этого не вынесу! – Лэндо в ужасе закрыл лицо руками.