Однажды кажется окажется. Книга 1

Ей казалось странным, нелепым, неправильным, что море продолжает шуметь. Солнце – светить. Что наутро открывается столовка и детей – всех, кроме Сони, – кормят завтраками. Она злилась на себя, что всё так же хочет обыгрывать одногруппников в теннис, смеяться, спать и купаться, как обычно. А ведь «обычно» закончилось два дня назад. Сбылись Тинкины страшилки – пришёл человек с чёрным лицом и забрал Соню. И теперь они живут по-новому – в мире, где вместо Гамаюновой обклеенные её фотографиями столбы. А самой Сони, может быть, больше не будет никогда.

Ходили слухи, что «Агарес» могут закрыть.

2

– Ты уверена?

– Абсолютно. – Марта оперлась о стену плечом и крутила пальцем провод. – Бабуль, мне тут хорошо.

Разговаривая, она выглядывала в окно – отсюда была отлично видна площадка для транспорта. Из приехавшего автобуса, красного, с белыми полосками на боку и надписью «ЛиАЗ», выходили люди. «Наверное, сотрудники лагеря, опоздавшие к началу смены», – мельком решила она. Маленькая толпа собралась у передней двери – это была очередь на вход.

Самые тревожные из родителей уже успели доехать до «Агареса», чтобы забрать своих детей. Они пихались и торопили выходящих, будто территория лагеря была заминирована, а автобус, высадив пассажиров, тотчас же дёрнет с места, забыв их тут навеки. Чуть поодаль, окружённые чемоданами и рюкзаками, стояли их дети.

– Я выеду первым же поездом, – в трубке потрескивало, и Марте казалось, что она слышит звуки родной квартиры: радио на кухне, шум машин из открытого окна, шкварчание плиты.

– Не нужно никаким поездом, я остаюсь, – сказала Марта, но бабушка её не слушала:

– Отца твоего потеряла… если что-то с тобой… не переживу… ох, ох… гарь по всей кухне…

– Что?

– Блин подгорел. Тётя Эмма должна завтра зайти, не могу же я с пустыми руками…

Раз бабушка готовит на стол, значит, никуда ехать не собирается.

– Я говорю тебе, не переживай, – ещё раз сказала она, – у меня всё в порядке. Нас тут теперь охраняют знаешь как!

– Бедная моя девочка, господи, как подумаю, утащили из твоей палаты, – запричитала бабушка.

– Бабуль! Она сама ушла за ворота. – Марта осеклась: в дверях административного корпуса стояла Сонина мама. «Она приехала на этом автобусе», – мгновенно поняла Марта.

– Обещай мне, что не будешь одна выходить из лагеря! Клянись!

– Я перезвоню, хорошо? – Марта не отводила от женщины глаз. – Пока. Целую тебя. Не приезжай. Тёте Эмме привет.

Она положила трубку на аппарат, поправила провод.