Ожившая головоломка

Второй слуга выкатил на середину комнаты небольшой столик, инкрустированный перламутром.

– Как мы узнали доподлинно, эта вещь способна исполнять желания. Ты должен узнать – как. И помни, за тобой будут следить непрестанно. Срок у тебя – год.

Алхимик неотрывно смотрел на столик. На нем лежала большая, сантиметров пятьдесят на пятьдесят, довольно толстая доска из темного дерева. По ее поверхности, сплетаясь, змеились желоба, как будто выточенные гигантским древоточцем; они пересекались, образуя сложный и непонятный узор.

– Стража проводит тебя.

Распорядитель ударил жезлом об пол. Аудиенция закончилась.

Глава I

Бабкино наследство

– Неплохой город, пап, только холодно здесь, – я поковырял вилкой остывающее пюре. Отец осуждающе посмотрел на мою тарелку, потом на меня.

– Ты знаешь, – заметил он, – это тот самый случай, когда я сделать ничего не могу.

Вообще-то мы переехали сюда из Волгограда две недели назад и по-прежнему называли старую квартиру «у нас».

– Антон! Ешь давай! Ждешь, пока остынет?

Я опомнился и медленно понес вилку ко рту. Во дворе весь день вертелась какая-то собачонка. Интересно, она любит холодное картофельное пюре?

– Вообще-то я уже напробовался, пап! – сказал я чистую правду, потому что готовил ужин я. По-моему, получилось неплохо, правда, очень много.

Отец промолчал. Он всегда так, когда что-то ему о матери напоминает. Сколько себя помню, они ссорились, а два года назад она ушла от нас. Вот так вот. С тех пор мы о ней не слышали. И когда умерла бабка Клава и оставила нам свой дом в Пскове, то мы решили, что лучше переехать сюда. Оказывается, филиал отцовской фирмы был и здесь, поэтому мы ничего не теряли, кроме пары моих школьных приятелей и плохого настроения по вечерам. И теперь уже третью неделю пытаемся устроиться на новом месте.

– Ладно, сын. За компьютером дольше двенадцати не сидеть. Ну а послезавтра едем знакомиться с твоей новой школой.

– А кто мебель расставлять будет? – резонно спросил я. – Учиться три недели осталось, восьмое мая уже. Может, ну ее, школу?

– Есть такое слово – надо. Перед смертью не надышишься! – сказал отец. – Все, я спать пошел, это у тебя энергии навалом, а нам, старикам, нужно много спать.