Мои грани

– Хорошо, – шепчу я. – Я поняла вас.

– Очень на это надеюсь, – голос мисс Росс смягчается. – Мистер Руис рядом?

– Да, – произношу я еле слышно.

Джеймс не выдерживает и вырывает из моих рук телефон, подносит его к уху.

– Росс, – коротко говорит он и внимательно слушает, что она говорит.

Джеймс хмурит брови и не смотрит на меня, глядит куда-то поверх моей головы, вглядываясь в ночные огни Венеции.

Я пытаюсь понять его настороженный взгляд, ныряю в черный океан противоречий Джеймса и хочу найти ответ на то, зачем мы на самом деле здесь? Я ищу, ищу, но ничего не нахожу.

Все скрыто. Очень хорошо скрыто.

Что же ты задумал, Джеймс?

– Будет сделано, – отвечает он и, отключаясь, протягивает телефон мне.

– Пойдем, – Джеймс очень странно смотрит на меня, отчего холодок страха пробегается по моей спине. – Нужно поговорить.

Я беру у него из рук свой телефон и плетусь за Джеймсом. Мелькает нехорошая мысль сбежать подальше от всего этого. Мы спускаемся на первый этаж и проходим на кухню.

Джулианы нигде не видно. За столом сидят два человека. Игнацио увлеченно разговаривает с незнакомым человеком, который сидит спиной ко мне.

– Альберт, – говорит Джеймс и незнакомый мужчина поворачивается.

О, боже, я чуть не падаю там же, где стояла и не верю своим глазам.

– Папа? – еле выговариваю я.

Он широко улыбается, и я вижу морщинки в уголках таких родных глаз.

– Привет, детка.

Глава 3

Я ошарашено смотрю на отца и не могу вымолвить ни слова. Как это вообще возможно? Я его не видела примерно года три, после развода с мамой он уехал, ничего никому не сказав, и наше общение прервалось.

Он не звонил и я тоже, хотя в глубине души я очень хотела найти его, обнять, поговорить и вообще быть рядом, но была зла на него из-за его поступка. Ладно, мама, развод, в конце концов, они взрослые люди… Но дочери-то в чем виноваты? Со временем я поняла, что смысла злиться нет, а мы с сестрой тем временем стали взрослыми. Злость ушла, осталась легкая грусть, а я просто ждала, что он появится и дико по нему скучала.

И теперь, когда он сидит на кухне в бывшем доме моего парня в Венеции, это переходит все рамки возможного. Встретились бы в Штатах, недалеко от Портленда, скажем в Сиэтле, я не была бы так удивлена… но это же Венеция, черт возьми! Она в тысячах километрах от Америки!

– Джессика, присядь, – говорит Джеймс официально-деловым тоном, и я замечаю, что он довольно давно не называл меня полным именем.