Проклятый бывший

Но с тех пор это была первая осенняя ночь, когда, начертив на полу круг из соли, они собирались пустить в ход магию.

– Гвин, вся наша жизнь – ведьмовские штучки, – напомнила она своей кузине, пытаясь сесть на пол в юбке-карандаше, но Гвин на эти слова только покачала головой, приближаясь с занятыми руками. Виви заметила по меньшей мере три свечи, алтарную ткань, серебряную чашу и маленькую черную сумку с золотой застежкой.

– Нет, я имею в виду настоящее ведьмовское дерьмо, – сказала она, опускаясь на деревянный пол.

 – Что-то вроде Шабаша. Запускаем наш Корабль.

Улыбнувшись, Виви задрала юбку, скрестила ноги и сделала глоток вина.

– Ни разу не занималась этим с ночи расставания с Рисом, – сказала она, но Гвин отмахнулась от этих слов.

– То не в счет. Это не было настоящей магией. В последний раз мы занимались настоящей магией в…выпускном классе? Кажется, да. Белтейн.

Вспомнив, Виви кивнула.

– Хорошо, хорошо, до тех пор, пока мы случайно не вызовем демонов, я в деле.

– Это было всего однажды, и технически это был очень разозленный элементаль.

Виви бросила на Гвин взгляд поверх своего бокала.

– Помнишь, сколько времени потребовалось моим бровям, чтобы снова отрасти?

Уронив свою стопку припасов на маленький коврик посреди пола, Гвин тяжело вздохнула.

– Виви, если ты привнесешь в ритуал негативную энергию, ничего не выйдет.

– Похоже, ты это говоришь просто для того, чтобы уйти от «Разговора о бровях».

Не отвечая на колкость, Гвин открыла маленькую черную сумку и достала колоду карт Таро.

– О-о, – выдохнула Виви, потянувшись за колодой, но Гвин шлепнула ее по руке.

– Никаких прикосновений! Не раньше, чем я буду готова.

– Но такого рисунка я раньше не видела, – сказала Виви, и Гвин усмехнулась, раскладывая карты на полу. Даже в тусклом свете лампы их цвета практически светились, и Виви мельком увидела прозрачное белое платье Императрицы, ярко-желтое на солнце.

Гвин рисовала свои карты в течение многих лет, с тех пор как они были подростками, и не в первый раз Виви почувствовала легкую боль в сердце, глядя на работу своей кузины.

Не только потому, что карты были красивы – а они определенно были, но и потому, что Гвин, похоже, чувствовала связь со своим ремеслом, а Виви такого никогда не ощущала. Конечно, ей нравилось время от времени творить заклинания, а в ее маленькой квартирке над магазином было больше свечей, чем, вероятно, было разумно, но такого у нее никогда не случалось.