Ольга Яковлева

А потом и увидела – вот она сидит рядом с нею.

– Доча ты моя, доча! – сказала мама и провела рукою по Ольгиной щеке.

Ольга поймала эту руку, уткнулась в неё и заплакала. Так легко это вышло, так сразу…

– Ну ладно, – сказала мама. – Ну что ж теперь поделаешь? Ну прости. Больше не буду.

Но горько прозвенели эти последние слова, будто в маме тоже пряталась какая-то обида. Ольга даже плакать перестала.

– Я ж тебя ждала, – сказала она как бы в своё оправдание и шмыгнула носом. – А ты не шла.

– А я знаю. Я и говорю: прости меня, извини.

И опять то же! Опять Ольга насторожилась. И даже сердце заныло. Но не так, как раньше, – не за себя, а за неё. Однако что сказать сейчас и дальше, как поступить, Ольга не знала. Потому что не понимала, что произошло…

– Можно, я свет включу? – спросила мама. – Только ты глаза прикрой на минутку, пока не привыкнешь.

Загорелся свет. Ольга аккуратно, по щёлке открыла глаза. Но сейчас же опять их закрыла.

– Что? – озабоченно спросила мама. – Режет, да? Ну это уж точно простыла…

Она открыла тумбочку, сразу запахло лекарствами и резиновой грелкой.

Мама сказала:

– Я знаешь где была?.. Я в кино ходила. (У Ольги опять заныло сердце.) – Один человек, мой знакомый, билеты купил. Я даже и знать ничего не знала, пока он не позвонил.

Ольга вспомнила торопливую записку. Да, верно, она не знала ничего… А зато как спешила-то, как спешила! Опять в душе шевельнулось что-то вроде обиды.

– А какой человек?

– Ты не знаешь. Один мой друг хороший… Мы с ним долго не виделись. А теперь вот раз и повстречались – месяца два назад… Хочешь, домой его позову, познакомитесь… – Мама замолчала на минуту. Но чувствовалось: ей хорошо говорить об этом.

А у Ольги всё время на душе было как-то неспокойно.

– Ну так как? – начала снова мама. – Давай, пусть он придёт… Он вообще-то лётчик. Правда, тебе это не так интересно. Вот если б ты мальчишкой была… – Замолчала, но тотчас бросила вслед убегающим тем словам: – Ну что? Пусть придёт?.

– Я пока не знаю, – сказала Ольга.

Она и правда не знала, что сказать. Внутри много всякого копошилось и толкалось. Но слов для этого не было – вот и всё. Она не собиралась маму обижать, ни этого её лётчика…

А мама поняла всё по-своему. Сказала спокойно:

– Ладно, разберёмся!

Но сразу видно было, что она сдерживается, старается быть спокойной.