Загадка железного алиби (сборник)

Внезапно он умолк и с удивленным видом уставился на меня.

– Вы американец? – спросил он, и было понятно, что моих земляков он недолюбливает.

– Да, – признался я.

– У вас есть знакомые в консульстве? – уточнил он.

Слава Богу, да! С заместителем консула по имени Уотсон мы вместе учились в колледже. Я сообщил его имя Брею.

– Прекрасно, – сказал инспектор. – Вы можете идти. Но имейте в виду, что вы являетесь важным свидетелем в этом деле, и если попытаетесь покинуть Лондон, то вас арестуют.

Словом, я вернулся к себе в квартиру по горло замешанным в эту загадку, что совсем не доставляло мне удовольствия.

Некоторое время я сидел в кабинете, обдумывая произошедшее. Тем временем, на лестнице то и дело звучали чьи-то шаги, а в холле раздавалось множество голосов.

Ожидая рассвета, я с грустью думал о высокомерном и привлекательном капитане. В конце концов, он был настоящим мужчиной. Об этом свидетельствовали его мерные шаги над моей головой, которых я больше никогда не услышу.

Что же все это значило? Кем был тот человек в холле, тот человек, который так громогласно спорил и который так уверенно нанес удар диковинным индийским ножом? И где этот нож теперь?

И, наконец, что означали те белые астры? И та булавка со скарабеем? И эта нелепая гамбургская шляпа?.

.

Леди из «Карлтона», вы хотели тайны? Когда я писал вам первое письмо, то и думать не думал, что скоро смогу представить вам такую ошеломляющую загадку.

И поверьте, сквозь все эти события мне видится ваше лицо… Ваше лицо в то ясное утро в обеденном зале отеля… Думаю, вы простите, что я обращаюсь к вам таким образом.

Я увидел ваши глаза, и они произвели на меня большое впечатление… Огромное!

Сейчас у меня в саду светает, и Лондон начинает пробуждаться. Так что я с полным правом могу вам сказать: «Доброе утро, моя леди!»

КЛУБНИЧНЫЙ МУЖЧИНА».

Глава IV

Едва ли стоит говорить, что это письмо стало настоящим потрясением для получившей его молодой женщины. На протяжении следующего дня виды Лондона почти не вызывали у нее интереса.

Это было так заметно, что ее вспотевший папаша уже стал с грустью вспоминать свой любимый Техас и даже с надеждой предложил пораньше вернуться домой. Холодность, с которой эта идея была встречена, ясно показала ему, что он совершил ошибку. Ему осталось лишь тяжело вздохнуть и поискать утешения в баре.

В этот вечер пара из Техаса посетила Театр Ее Величества, где ставилась последняя пьеса Бернарда Шоу.