Дело о воющей собаке

– А сегодня, после получения письма, ты решил, что он псих?

– Видишь ли, Делла, в наши дни расчет наличными – это отклонение от нормы. Этот человек за последние двадцать четыре часа дважды расплатился со мной именно наличными, причем десять тысяч он прислал простым письмом.

– Вероятно, у него не было возможности послать их иначе.

– Возможно, – согласился Мейсон. – Ты прочитала завещание?

– Нет. Как только я увидела, что лежит в конверте, я положила его в сейф.

– Очень хорошо. Давай посмотрим, что он там пишет.

Мейсон развернул лист бумаги с надписью «Последнее завещание Артура Картрайта» и, прочитав написанное, медленно кивнул:

– Ну что ж, отличное завещание. Все написано от руки: дата, подпись и прочее.

– Он оставил что-нибудь тебе? – полюбопытствовала Делла. – Или я не должна об этом знать?

Мейсон хмыкнул.

– Разумеется, – ответил он. – Ты должна знать об этом. Мой метод ведения судебных процессов несколько отличается от общепринятого, в результате чего меня вполне могут пристрелить.

Поэтому я хочу, чтобы впоследствии ты смогла разобраться в моих делах. Итак, он оставляет львиную долю своего состояния одному лицу, женщине, а мне – десять процентов от наследства при условии, что я буду представлять эту женщину по любым правовым проблемам, которые могут возникнуть в связи с завещанием, смертью завещателя или с ее семейными взаимоотношениями.

– Широкое поле деятельности, не так ли? – заметила Делла.

– Этот человек, – задумчиво продолжал Мейсон, – или писал под диктовку опытного адвоката, или обладает острым умом.

Сумасшедший не способен составить подобное завещание. Все логично и взаимосвязано. Девять десятых наследства отходят миссис Клинтон Фоули, остальное – мне. Он оговаривает… – Брови Мейсона медленно поползли вверх.

– В чем дело? – забеспокоилась Делла. – Что-нибудь серьезное? Ошибка в завещании?

– Нет, – медленно ответил Мейсон, – ошибки нет. Но есть нечто очень странное.

Он подошел к двери, ведущей в коридор, и запер ее на ключ.

– Никаких посетителей, Делла, пока мы не разберемся с этим делом.

– Так что же произошло?

– Вчера, – Мейсон понизил голос до шепота, – этот человек говорил, что хочет оставить свою собственность миссис Клинтон Фоули, и беспокоился, не отразится ли на завещании тот факт, что женщина, проживающая с Фоули как миссис Клинтон Фоули, в действительности не является его женой.

– То есть их брак не зарегистрирован, – уточнила Делла.

– Совершенно верно.