Перри Мейсон: Дело о нанятой брюнетке. Дело о неосторожном котенке

Хайнсу, очевидно, делалось все больше не по себе.

– Меня этот ответ вряд ли может удовлетворить.

– Для меня он вполне приемлемый.

– Вы утверждаете, что эта женщина выдает себя за другую, и хотите убедиться в том, что эти действия являются законными?

– Да.

– А если я сумею убедить вас, что это полностью законно?

– Тогда мне здесь больше нечего будет делать. Раз эта молодая особа хочет заработать деньги, не нарушая при этом законы, то я ничего против не имею.

– Мистер Мейсон, я… Мы могли бы поговорить с глазу на глаз?

– Говорить будем здесь.

– Я хотел бы наедине.

– У нас здесь не толпа народа.

– Хорошо, присядем, – сказал Хайнс, отчаявшись. – Знаете… вы меня застали врасплох. Дайте мне немного времени, чтобы прийти в себя.

Ева Мартелл и Адель Винтерс устроились на диване, Мейсон расположился в кресле напротив них. Хайнс, подумав, придвинул стул и сел у стола.

– Мистер Мейсон, я решил быть с вами откровенным, – заявил Хайнс.

– Это очень хорошо, – сказал Мейсон.

 – Однако давайте сперва проверим, как вы платите по счетам. Вы выплатили этим женщинам условленные суммы?

– Еще нет.

– Может быть, вы заплатите им сейчас?

– Сделаю это с удовольствием, но у меня нет желания исполнять ваши приказы, да еще сказанные таким тоном.

– Так заплатите, и тогда не нужно будет слушать приказы.

– Приказ, однако, был высказан.

– Черт возьми, заплатите же им!

– Разве они являются вашими клиентками? – покраснел Хайнс.

– В некотором роде. Кое-кто из их друзей просил меня проследить за этим делом.

Поколебавшись, Хайнс вынул толстый бумажник, вытащил пять пятидесятидолларовых банкнот и вручил их Еве Мартелл, затем подал стодолларовую купюру Адель Винтерс.

– Вот, уже лучше, – сказал Мейсон, когда Хайнс спрятал бумажник в карман. – Я вас слушаю.

– Эту молодую особу зовут Ева Мартелл, – начал Хайнс. – Компанию ей составляет миссис Адель Винтерс, исполняющая функции опекунши.

Если вы видели объявление, то помните, что я обязался платить опекунше. Для моей собственной безопасности, а также для безопасности этой молодой особы. Я хотел, чтобы не было ничего двусмысленного в этом положении, ничего такого, что могло бы привести хоть к малейшему обвинению в… аморальном поведении или нарушении правил приличия.

– Так, похоже, альковные дела не входят в правила игры. С этим вопросом разобрались. Следовательно, это мисс Ева Мартелл.