Перри Мейсон: Дело о бархатных коготках. Дело о фальшивом глазе

Норма Вейтч подняла глаза на Перри Мейсона.

– Боже, это было ужасно! – воскликнула она.

Мейсон кивнул.

– Как я предполагаю, вы не слышали выстрела? – спросил он, как бы между делом.

Девушка покачала головой.

– Нет, я спала как убитая. На самом деле, я проснулась только когда пришли полицейские. Они разбудили маму. Наверное, они вообще не знали, что я сплю в соседней комнате. Думаю, полиция хотела осмотреть мамину комнату, пока она наверху. Я проснулась и вижу, что рядом с моей кроватью стоит мужчина и в упор смотрит на меня.

Она опустила глаза и тихо хихикнула. Казалось, что она не считает случившееся неприятным инцидентом.

– И что дальше? – спросил Мейсон.

– Они вели себя так, словно считали мое присутствие в доме крайне подозрительным. Будто поймали меня с дымящимся револьвером в руке! Полицейские велели мне одеться и не спускали с меня глаз, даже пока я одевалась! Потом меня повели наверх и допрашивали. Это был допрос с пристрастием!

– Что вы им сказали?

– Правду, – ответила девушка.

 – Что я легла спать и сразу же заснула, а проснулась, когда незнакомый мужчина стоял у моей кровати и смотрел на меня. – Она самодовольно добавила: – Они мне не поверили.

Ее мать тем временем продолжала сидеть за столом, сплетя руки на коленях, и все также глядя в центр стола.

– И вы ничего не видели и не слышали? – Перри Мейсон продолжал расспрашивать Норму Вейтч.

– Абсолютно ничего.

– Есть какие-то мысли по поводу происшедшего?

– Ни одной, которую стоило бы произнести вслух, – покачала головой девушка.

Мейсон бросил на нее внимательный взгляд.

– А те, что не стоит произносить? – спросил адвокат.

– Я здесь живу всего неделю, но за это время…

– Норма! – воскликнула ее мать, причем ее голос внезапно утратил всю сухость и звучал, как удар кнута.

Девушка резко замолчала.

Перри Мейсон бросил взгляд на ее мать. Она даже не подняла глаз от стола, обращаясь к дочери.

– А вы что-нибудь слышали, миссис Вейтч? – спросил он.

– Я – прислуга.

Ничего не вижу, ничего не слышу.

– Это очень похвально для прислуги, но только пока речь идет о бытовых мелочах, – заметил адвокат. – Но когда речь идет об убийстве, то полиция, как вы скоро сможете заметить, будет придерживаться другого мнения. Они обязательно попросят вас вспомнить все, что вы видели и слышали.

– Я ничего не видела, – сказала миссис Вейтч, и ни один мускул не дрогнул на ее лице.

– И не слышали?

– Нет.

Мейсон нахмурился.