Дерби госпожи Крулевской

Криминальных связей у него в столице нет, и вообще он крайне осторожен. А где можно срубить бабок быстро и по-крупному? В казино. Но легальных казино в Москве более нет. Остаётся тотализатор.

Ещё со времён почившего в бозе Советского Союза это место азартных игр и ставок. Поэтому Тая будь крайне осторожна. Там и местного жулья пруд-пруди, но главное – он, Директор. Не дай тебе бог раньше времени с ним пересечься. Я, конечно, буду поблизости, но всё же ещё раз предупреждаю: береги себя. Жаль, конечно, что Хельги нет с нами, но что поделать, как говорится, нас мало, но мы в тельняшках.

За работу «сыскари», за работу.

Глава 8

На похороны жокея собралось удивительно много народа. Оказывается, в своём городе он был местной знаменитостью. Районная газета посвятила ему целую передовицу. У могилы один оратор сменял другого. С одними он учился в школе, другой напутствовал его в дальнюю дорогу, третий видел, как он побеждал на соревнованиях.

Половинкин к подобным митингам привык. За всю службу ему приходилось провожать в дальний путь не один десяток товарищей по оружию.

Он стоял возле вдовы, держал за руку маленького Дениску. Пацан даже на кладбище не расставался с подаренным ему большим самолётом. Половинкин стал для него почти родственником. Мальчик смотрел на него снизу вверх большими и что страшно совершенно сухими глазами. Ни одной слезинки в них не было. Мать хотела тоже взять сына за руку, но он категорически не желал отпускать большую и тёплую руку Викторовича. И самолёт матери тоже не отдал. Так они и стояли – двое в чёрном и маленький мальчик с яркой игрушкой посередине. Наконец Дениске надоело слушать траурные речи и он решительно дёрнул Половинкина за руку, предлагая немедленно наклониться к нему. А потом зашептал прямо в ухо следователя.

– А папу лошадка не убивала, я точно знаю. Она его любила и до сих пор любит. Его дядя убил колючий, синий.

– Почему синий? – переспросил Половинкин.

– Синий и колючий, – уточнил мальчик.

– Колючий – небритый? – пытался разговорить мальчика Викторович.

– Денис перестать болтать, – оборвала его мать. – Постой хоть минуту спокойно. Боже, в такой момент… – она наконец не выдержала и дала волю слезам.

Мальчик тут же отпустил руку Половинкина, бросил самолёт на землю и обнял двумя руками подол матери. – Мама не плачь, вот этот дядя найдёт того колючего, кто папу убил. Я знаю. А когда я вырасту, я как папа стану наездником. Он помолчал с минуту и добавил: – очень хорошим конником.