Звезды Кара-Булата

Он открыл дверь подъезда и пешком двинулся вверх, проверяя каждую лестничную площадку. Дойдя до верхних квартир, он на лифте спустился вниз. Осторожно послал эсэмэску с чужого смартфона тете. Пришел ответ сразу: в квартире никого нет. Дверь открыл Харитон, и Клим, запев на татарском «Эй, бала-баалым!», нырнул в квартиру.

Родственники смотрели на него, думая, что его напоили на работе. Но от него не пахло. Клим взял свой рюкзак и сказал, что возвращается в Москву. Тетя сверлила его глазами.

– Что за маскарад? – спросила она.

– Если к Вам нагрянут незнакомцы в штатском, говорите обо всем как есть, только про маскарад говорить не нужно. – Клим, повернувшись, вышел из квартиры.

– Бисмилляхи Рахмани Рахим, – услышал он за спиной.

Клим впервые пожалел, что зашел к ним в гости. Ноги несли его в сторону автобусной станции. На вокзале его ждали наверняка, а в аэропорт и соваться было нечего.

В автобусе он заснул, как только провалился в кресло. Дарья явилась к нему в образе мифической сирены.

Он почему-то побежал от нее. Она летела рядом с ним и заглядывала ему в глаза, не давая ему собраться с мыслями. Вдруг впереди появилась пропасть. На дне ее бушевал огонь. Клим хотел перепрыгнуть ее, но не рассчитал свои силы. Когти сирены впились ему в плечи и перенесли через языки пламени. Вдруг Клим проснулся. Автобус ехал в ночи. Все спали. И Клим, успокоившись, задремал.

«Чертовщина какая-то!»

Через двое суток он наконец-то сидел в самолете. Клим вылетел из Львова рейсом в Варшаву.

В Варшаве купил билет до Москвы и через сутки уже был в столице.

Прилетев, Клим без предупреждения явился к шефу, чем привел его в полуобморочное состояние. Таблетка валидола и полузакрытые глаза Феликса Абрамовича заставили поволноваться Клима.

– Ласклазывай, – проворочал вялым языком шеф.

Клим, взяв сигарету без спроса со стола из пачки шефа, закурил и рассказал обо всех своих приключениях.

– Слава богу, тебя теперь знают там, – резюмировал шеф. – Со спецслужбами я свяжусь сам.

А пока подписка о невыезде, сиди дома и не высовывайся. И чтоб на связи у меня был! – голос шефа крепчал, и он приходил медленно в нормальное состояние…

Клима не стали трогать. Шеф постарался. Мужик ни в чем не был виноват. Он и так превзошел свои возможности.

Наконец, когда все утихло, Феликс Абрамович вызвал Клима на работу.

– Ну, денег ты не получишь… задание ты не выполнил… но в отпуск я тебя, как обещал, отпущу! – сказал шеф.