Остров надежды

– Нет, не лежи, – возразил Сергей, – а непременно маши перед собой рукой. Вот сделаем веер тебе, а пока так маши возле лица, иначе задохнёшься.

И Софи чувствовала – не хватает воздуха. Она принялась махать, словно разгоняла дым. Вентиляторы не работали, отсутствовало перемешивание, и вокруг каждого возникал удушающий мешок выдохнутой углекислоты.

Перемещая Жана в каюту они зацепили кабель, который вёл себя, как живой. Он вился, путался, образовывал немыслимые петли, и поведение его было непредсказуемым.

Силы всех уже были на пределе. Их неуклонно тянуло ко сну. Но заснуть теперь было равносильно самоубийству. В чем же причина? Отчего станция непослушна? Не проходила ни одна из простых или важных команд. Что-то творилось с кабельной сетью. Она составляла десятки километров. Всё запанельное пространство было забито жгутами проводов, а ведь была ещё скрытая проводка. И копаться в них – было то же самое, что искать в организме тромб. Мотин стал действовать самым примитивным способом – соединять напрямую источник и потребителя.

Дождавшись тени, когда солнечные батареи были обесточены, он протянул кабель к паре вентиляторов, светильникам и СТР. При этом он знал, помнил, что время сеанса связи приближается, и главное в их теперешнем положении – наладить связь.

Свободные кабели были использованы. Но Мотин знал, что для работы в открытом космосе был заготовлен специальный двадцатиметровый фал и другие короткие, которые следует наращивать.

В модуле дооснащения Мотин приметил автономный аккумуляторный блок.

Его было некогда проверять, разыскав тестер, его нужно было просто доставить сюда и подключить в темноте. И это тоже было проблемой. Но это не всё. Люди есть люди. Софи вот-вот понадобится корабль. Но как объяснить, что корабля нет, и им предстоит долгий путь, который, возможно, и не приведёт к Земле.

Слабость Жана прошла, но ему было невдомёк, отчего в станции темно и всхлипывала Софи.

– Сергей, – сказала Софи.

Ответа не было.

Тогда она повторила.

– Командир.

Он снова ей не ответил, и она заплакала. Жан притворился не слышащим. В темноте это было нетрудно. Он понимал, что Софи в темноте чувствовала себя ужасно одиноко. Но он не умел сочувствовать и молчал, а она всхлипывала, продолжая махать рукой. Вдруг разом посветлело в иллюминаторах, и из люка, толкая ящик перед собой, словно сам плыл за ним на буксире, появился Сергей. Вспыхнул дежурный свет, и всё сделалось обыденным.