Островитяне

Под столами – журналы, сложенные в стопки по двадцать штук.

Я сморщил нос, стараясь не расчихаться. Книги, журналы – все покрыто пылью. На столе повсюду грязные кофейные чашки и смятые бумажные салфетки. Какая-то заброшенная библиотека, а не дом. Куда мне присесть? И где тут едят?

Хани, видимо, заметила мое недоумение. Быстро подошла к окнам.

– Нужно тут сделать уборку. Я ведь тебя не ждала. Но очень рада, – поспешно добавила она. Я видел, что ей немного неловко. – Сейчас окна открою, – сказала она и действительно принялась их открывать.

В комнату ворвался ветер с океана, летнее тепло, запах соленой воды. – Ну вот, – сказала Хани и сжала руки. Озабоченно сморщив лоб, она обводила дом неуверенным взглядом. – Тебе, наверное, интересно, где ты будешь спать?

– Так точно, – ответил я.

Ее водянисто-голубые глаза скользнули к потолку, туда же она указала пальцем:

– Вон там.

Я тоже посмотрел вверх. Потолок был очень высокий, на два этажа. Я приметил у стены широкую деревянную лестницу, которая вела на огороженный помост.

– Вон там? – переспросил я недоверчиво.

– Это же лофт! – пояснила бабушка. – Ты что, не помнишь? Пошли, малыш. Тебе понравится. – Она подвела меня к лестнице. – Ну, чего ждешь?

Я взялся за перила и поскакал наверх – было очень любопытно. Сверху, через деревянное ограждение, было прекрасно видно весь первый этаж. Там, наверху, оказалось хоть и тесновато, но уютно: такая крепость. И полное уединение, хотя и без стены. Очень здорово!

– Это даже лучше, чем комната, – сказал я, подходя к огромному круглому окну над кроватью – настоящее окно в мир.

Оно занимало почти всю стену, и я сразу вспомнил, что такое же окно я представлял себе в доме из книги, которую мне дал почитать папа, – она называлась «Хайди». Только в книге Хайди отправили пожить в горах с дедушкой. А меня – пожить на острове с бабушкой.

Вид за окном совсем не походил на квадратный дворик без единого дерева перед нашим домом в Нью-Джерси. Ни одного дома.

Только толстые ветки деревьев, переплетения плюща, а совсем далеко – синеватые проблески океана.

Я услышал, что Хани поднимается следом.

– Господи, твоя воля, стара я уже сюда лазать. – Она прижала руку к груди. – Нужно постоять, отдышаться. – Она обвела комнату взглядом, и тут ее лицо смягчилось, на нем заиграла улыбка. – Знаешь, кто здесь жил раньше?

Я посмотрел на двуспальную деревянную кровать, накрытую синим покрывалом в золотых звездах.