Отель Хартвуд. Настоящий дом

«Куда же мне пойти?» – гадала она. Справа была ферма, но очень далеко, и там жил кот. Мона знала об этом, потому что уже пыталась там поселиться. Оставалось либо повернуть налево, либо двигаться прямо.

Она уже собиралась сделать шаг вперёд, когда… БАБАХ!

Вспыхнула молния, и Мона подскочила. Что ж, тогда налево. Она углубилась в лес, прыгая по прутикам и листочкам, чтобы не касаться грязи.

Вот бы найти камень, под который можно забраться, или кучку грибов, или пустой ствол дерева. Но ничего такого видно не было.

И ни следа других животных. «Наверное, все попрятались по домам, – подумала Мона, – и укрылись от грозы».

Вскоре вода стала заливать ей уши. Мона вытряхивала капли, но от этого лишь отчётливее слышала ужасные раскаты грома. Ветер свистел, кружил и хлестал, принося с собой вой. «Волки!»

Мона пискнула и заторопилась. Волки завыли снова. Звук нёсся издалека, но волки есть волки, и любая маленькая зверушка боится их. Они – охотники, и доверять им нельзя.

Хуже волков нет ничего.

А дождь ещё усилился. Неужто вот так всё и закончится – Мону, как и её семью, смоет грозой? Вот бы ухватиться за чью-то лапку, услышать от кого-то, что всё будет хорошо… Но Мона была одна.

А потом она наконец кое-что заприметила: огромное дерево, которое поднималось так высоко, что даже нельзя было разглядеть верхушку. И ствол был пустым внутри! Мона поспешила к отверстию в коре.

Но тут же поняла, что это – дом не для мышки. А для медведя. Никакого медведя внутри не было, и похоже, уже давно.

Но всё же в воздухе висел слабый запах шерсти, рыбы и ягод, и Мона поняла, что не сможет спокойно уснуть. А если медведь вернётся? Хотя медведей она не боялась так сильно, как волков (ей даже довелось какое-то время жить рядом с одним, и в качестве еды ему больше нравились ягоды, чем Мона), её не радовала мысль делить с таким зверем его берлогу.

Так что Мона неохотно выбралась наружу – обратно в грозу.

Путь ей преградил ручей, от дождя превратившийся в настоящую реку.

Мышка попыталась сообразить, как переправиться на другой берег. Через ручей был перекинут прутик. Мона хорошо умела удерживать равновесие – как и все мыши – и уже почти достигла противоположного берега, когда, посмотрев наверх, увидела в тёмных кустах чьи-то глаза!

Светящиеся волчьи глаза! В этом не было никаких сомнений. И не одна пара, не две и не три, а столько, что Мона и сосчитать не могла.