Отец Рождество и Я

И упускать этот шанс я не собиралась.

– Всё хорошо, – ответила я, натянуто улыбнувшись.

Кип посмотрел на меня с подозрением, но настаивать не стал.

– Хорошо. Тогда бери поводья в руки. Мы сейчас начнём.

Я не знаю, с чем можно сравнить это чувство.

Эльфхельм остался далеко внизу; мы мчались по синему небу, ветер бил в лицо и свистел в ушах, а Блитцен тянул сани вперёд, перебирая копытами в пустоте.

Всё шло хорошо, даже лучше, чем хорошо. Кип с большим, выкрашенным в красный и белый орупором – так называли его эльфы – превратился в маленькую точку, которая без устали выкрикивала команды.

– Замечательно, Печенька! Натяни поводья, Мерцалка! Снежинка, притормози! Амелия, так держать! Отлично!

Я с трудом могла поверить своим ушам. Кип меня похвалил, сказал, что я отлично справляюсь! Но ведь я и в самом деле отлично справлялась, и другие эльфята, нарезавшие круги по небу, оборачивались, чтобы посмотреть на меня.

Поводья послушно отзывались на любое движение, как и обещал Кип.

Блитцен летел по воздуху безо всякого напряжения. Барометр надежды уверенно держался на отметке «Обнадеживающе».

Я посмотрела вниз и увидела школу, Мастерскую игрушек и ратушу. Кажется, я даже разглядела Отца Рождество и Мэри: взявшись за руки, они гуляли по Улице семи извилин.

А сани всё мчались вперёд.

– Умница, Блитцен, – сказала я оленю. – Ты молодец!

– Ещё один круг! – крикнул снизу Кип. – И начинайте заходить на посадку. Пожалуйста, потяните поводья вниз.

По очереди, один за другим. Печенька и Скакун, вы первые… Все меня слышали? Последний круг!

Всё шло так хорошо, что я не могла перестать улыбаться. Да что там, я почти смеялась в голос. Год назад я была несчастной девочкой, запертой в работном доме, где мне приходилось не покладая рук трудиться от зари и до зари. А теперь я живу в стране эльфов и чудес – и летаю по небу на санях. Конечно, некоторые предметы в школе мне пока не даются, но я преисполнилась уверенности, что отныне всё пойдёт на лад.

– Ух ты! – воскликнул Печенька, когда мы с Блитценом его обогнали. – У тебя здорово получается!

Затем мимо промчалась Комета: она неслась быстрее молнии, а Снежинка стояла в санях, натянув поводья.

– Амелия! – крикнула она. – Кажется, ты нашла своё призвание!

Ветер растрепал мои волосы и едва не сдул колпак, и я не выдержала и завопила: «ЭТО ПОТРЯСАЮЩЕ! ЖИЗНЬ ПОТРЯСАЮЩАЯ! ЙУ-ХУ!»

Замечу, что в те времена никто не говорил «Йу-ху».