Отчаянная девчонка

Дядя Гоша тут же подхватил цепь от нашей лодки.

– Сергей! Привет! – крикнула Матильда.

Он смерил ее недоуменным взглядом. Неужели не узнал?

– Здравствуйте! – сказала я.

Он пожал плечами и машинально кивнул. Видно, не хочет нас узнавать или и впрямь не узнает? Но навязываться ему мы не станем. Отойдя немного от пристани, Матильда вдруг выпалила:

– Скотина неблагодарная!

– Матильда! Не суди раньше времени! Он, может, просто не хочет подвергать нас опасности!

– Какая, к лешему, опасность?

– Он скорее всего ищет здесь своих похитителей, а зачем им знать, что мы в курсе дела?

– Думаешь?

– Конечно!

– Может быть… Но мог хоть знак какой-то подать…

– Какой тебе знак? И так ясно, без знака.

Между тем Сергей обогнал нас и, ни слова не сказав, пошел дальше. Мотька хотела что-то крикнуть ему вслед, но я ее удержала.

– Красивый, черт! – прошептала она.

– Красивый, только что нам с его красотой делать, если он нас и знать не желает!

– Да! Но все же, Аська, давай посмотрим, куда он пойдет?

Тропинка к поселку вела через поле, и Сергей никуда не мог скрыться от нас. Мы прибавили шагу и держались метрах в десяти за ним, не вызывая никаких подозрений. Но вот он дошел до конца тропинки и прямиком направился к таинственному дому за глухим забором. Мы перешли на рысцу. И вдруг ворота перед Сергеем распахнулись, оттуда выехала машина, голубая «Вольво», он сел рядом с шофером, и машина тронулась.

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросила Матильда.

– Ни фига!

– Послушай, Аська, но он ведь говорил, что не знает этих мест. Дорогу к станции спрашивал, а сам… И главное, не похоже, что он тогда притворялся!

– Да какая ему была корысть перед нами притворяться?

– Ни малейшей. Тогда все натурально было.

– Интересно, его на этой даче прятали?

– Слушай, а может, он в тот раз просто спьяну в лесу оказался, заблудился и ему стыдно было перед нами признаться?

– Матильда! Гениальная голова! Ну конечно! Возвращаться на дачу в таком виде ему было стыдно, там, наверное, его герлухи ждали, вот он для нас, дурочек, и придумал романтическую историю! Все-таки красивее, чем сказать, что он спьяну в канаве извалялся! Да, теперь все встало на свои места.