Охота на василиска

Записав фамилию и имя, следователь спросил, глядя в бумаги:

– Скажите, вы хорошо знали Диану Мышкину?

Ксюша не сразу сообразила, о ком он. Потом поняла, что про Мышку, но тут забуксовала. Мышку не могли убить. Кого угодно, только не ее. С Мышкой никогда ничего не случалось, это же Мышка…

– Отвечай! – рявкнула директриса.

– Да… Мы подруги…

– Она никогда не говорила, что собирается покончить с собой? – Следователь спрашивал и писал одновременно. Казалось, он заранее знал, что ему ответят, а спрашивал для порядка.

– Нет, – ответила Ксю деревянным голосом.

«Нет, – повторила она про себя. – Только не Мышка».

– А ты не замечала в последнее время что-нибудь странное в ее поведении?

– Нет.

«Это был не Мышкин папа! Хотя… я его никогда не видела, он все время в офисе… Мышка еще говорила, что у нее с отцом терки…»

– А кто мог желать ей зла? – Следователь по-прежнему не отрывался от писанины.

– Да никто не мог! – Ксюша поняла, что надо срочно узнать правду. – С ней что-то случилось?

Следователь поднял глаза.

– Сегодня утром она скончалась в реанимации. Ост-рое отравление. Токсикология показала наличие яда.

Ксюша какое-то время смотрела на следователя, а он на нее. «Глаза карие, – тупо думала Ксю. – Острые. А сам мятый какой-то. В морщинах… как шарпей».

Следователь вернулся к документам. Ксюша, не думая уже совсем ни о чем, смотрела, как на бумагу ложатся строчки – такие же мятые, как сам следователь.

– Вы можете что-то сообщить по этому поводу? – спросил следователь.

– По какому?

– По факту отравления.

– Нет.

– Если что-то вспомните или выясните, сообщите учителям.

Ксюша поняла, что эту фразу он произнес на автомате, не вдумываясь в смысл. И все остальное, наверное, тоже. Потом она подмахнула документ («С моих слов записано верно») и вышла. Пыталась выйти в дверь, через которую вошла, но кто-то отловил ее и направил в другую.

За дверью все рыдали. То есть все девчонки. Парни мрачно косились друг на друга, не понимая, как себя вести.

Отпускать шуточки – не к месту, а нормально разговаривать они, оказывается, не умели. Ксю прислонилась к стенке и подумала: «А я почему не реву? Я же лучшая подруга. Должна плакать громче других». Но так и не начала.

А потом приехала мама и забрала ее домой.

Глава 2. Похороны

На следующий день Ксюша в школу не ходила. Видимо, никто не ходил. И на то, чтобы созвониться с одноклассниками, не было сил.

Время залипло.