Охотники за привидениями и замок ужасов

– Вы только взгляните на это! – простонал господин Вурм. Он схватился за голову и вытащил целый клок: – От этих привидений у меня лезут волосы. Мне срочно нужна сигара.

– Не стоит этого делать, – предостерегла госпожа Кюммельзафт. Она повесила своё пальто перед камином, а сумки со снаряжением поставила на стол. – Привидения очень падки до никотина. Вы же не хотите снова встретиться с баронессой?

Господин Вурм поспешно положил сигару назад в коробку. Том между тем смазал мятной пастой оконные рамы.

– Так, подоконники я посыпал солью, – доложил он. – И перед дверью бросил пару горстей. Что-нибудь ещё?

– Поставь на стол сейсмограф ДУЧЕВИДов, – распорядилась госпожа Кюммельзафт. – Я бы не хотела, чтобы нас ещё раз застали врасплох.

Том кивнул и достал из рюкзака небольшой прибор, похожий на радио.

– ДУЧЕВИД – это сокращённо «дух человеческого вида», – пояснил Том. – Этот аппарат сразу даст нам знать, если такой дух приблизится.

– Ух ты! – восхитились Вурмы и зачарованно посмотрели на охотников.

– Если же наши меры предосторожности не помогут, – сказала госпожа Кюммельзафт, – то я вас попрошу непременно запомнить: прикусите себе язык, как только привидение приблизится. И ещё, – она сунула руку в одну из сумок, – возьмите эти таблетки. Вкус у них отвратительный, но от телопроницателей они защищают надёжно.

Вурмы послушно сунули в рот по таблетке. Том и госпожа Кюммельзафт тоже взяли себе по одной.

– А мне? – спросил Хуго.

– Глупости, – ответил Том.

– Господин Вурм, вы ведь опознали это привидение, не правда ли? – спросила госпожа Кюммельзафт.

– О да! – воскликнул господин Вурм. – Сегодня она впервые показалась так отчётливо. И я сразу её узнал. Сразу! – Он подбежал к ряду портретов, прислонённых к стене. Дрожащими руками поворачивал их один за другим. – Вот, это она! – Господин Вурм поднял портрет.

Из тяжёлой золочёной рамы на них смотрела женщина с пронзительным взглядом.

Господин Вурм понизил голос:

– Это Кровавая баронесса! Видите? Внизу на раме: «1644 год. Яспара фон Дустерберг цу Крётенштейн». Жуткая личность. Я знаю о ней не так много, только имя и то, что в этой местности о ней всё ещё ходит дурная слава.

– Жаль, – вздохнула госпожа Кюммельзафт. – Очень, очень жаль, что знаете так мало.