Разбойник Кадрусс

 – Благотворительность – моя слабая сторона; не могу видеть нищеты без того, чтобы сердце мое не облилось кровью; я даже так сострадателен, что сам порой прошу милостыни для бедных, и в доказательство этого, прошу вас участвовать в нашем добром деле; пусть нищий навсегда запомнит свою счастливую встречу с нами.

Не ожидая ответа, де-Фоконьяк сказал нищему:

– Подойди сюда, приятель, подойди сюда, не бойся; эти господа желают тебе добра; протяни твою суму… у тебя её нет? Так протяни шляпу, когда так, – словом, протяни что хочешь.

Эти господа почувствуют к тебе большое расположение, когда узнают, что ты служил при Фонтенуа[6 - Битва при Фонтенуа (апр. 1745 г.) – сражение между французскими войсками, с одной стороны, и союзными силами англичан, голландцев и ганноверцев у деревни Фонтенуа в Бельгии (провинция Геннегау) во время войны за австрийское наследство.].

«Приятно сыграть штуку с этими франтиками!» – подумал он. Жорж на лету подхватил мяч, брошенный его товарищем.

– Господа, сказал он: – щедрость моя объясняется моим участием к этому человеку; он был покрыт ранами, сражаясь при Фонтенуа за монархию. Правда, тогда царствовал Бурбон, но что за нужда? Служа королю Людовику XV, этот человек служил Франции, так же как служа империи, вы ныне служите Франции.

Обернувшись к нищему, он спросил его:

– Ты при Фонтенуа лишился левой руки?

– Да, добрые господа, при Фонтенуа, – ответил калека, протягивая шляпу.

А сам между тем думал: «Пожалуй хоть при Фонтенуа, а все-таки тяжело, когда левая рука так крепко привязана, что совсем оцепенела… уж как же находчив наш атаман!»

Каждому известно, какими глазами дворянство, созданное императорской шпагой, смотрело на дворянство старое, собиравшееся около престола. Поэтому, не желая отстать от благородных имен Каза-Веккиа и Фоконьяка, полковники и бароны империи поспешили присоединить свое приношение к милостыни Жоржа и Фоконьяка.

Потом простившись, они продолжали свой путь.

Они были уже далеко, а все ещё слышался голос нищего, говоривший:

– Будьте спокойны, добрые господа. Господь вам заплатит… мои добрые господа… Господь… – Видя, что на дороге нет более никого, он прибавил: – Дураки… Наш атаман всех вас перережет!

Потом, возвратив свою руку как бы по волшебству, негодяй захохотал, убегая под деревьями; он получил более десяти наполеондоров.