Пакс. Дорога домой

Потом опустилась на колени – что, даже с хорошим протезом, было ей трудновато, – поводила пальцами по стыкам и кивнула.

– Да. Ученик превзошёл учителя.

– То есть?..

– То есть ты всё-всё выверил, подрезал, подогнал торцы. Я бы, скорее всего, не заморачивалась, уложила бы доски да и готово… это просто пол. Но ты подбирал рисунок, я же вижу! И заглубил все гвозди, и заделал отверстия. Круто.

Питер отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Но, видимо, он отворачивался недостаточно быстро.

– Нет уж, такой работой можно и нужно гордиться.

 – Вола тоже улыбалась. – Это заслуженная гордость! У тебя будет отличный дом.

Улыбка Питера поблёкла.

– Это не мой дом.

Прежде чем ответить, Вола поднялась с пола, будто ей понадобилось стать выше.

– Этот дом – твой. Ты его построил. Ты думаешь, почему я доверила тебе всё полностью, ни разу даже не вмешалась?

Питер пожал плечами.

– Мне же надо всему учиться. И я сам просил, чтобы ты не помогала.

– Верно. Но ещё я хотела, чтобы ты узнал свой дом.

Узнал его руками, спиной, сердцем. И теперь ты в нём, а он – в тебе.

– Нет… или неважно. Сейчас, пока я живу у тебя, я могу тут спать и заниматься, но этот дом не мой. Здесь твоя земля. И всё на ней тоже твоё.

– Ах да, земля. Я всё равно хотела с тобой об этом поговорить. Можно и сейчас, почему нет?

Она дошла до временной полки с инструментами, которую он подвесил к дальней стене, прислонилась к ней спиной.

– Питер, в твоей жизни было уже столько потерь. – Вола проговорила эти слова так, будто долго их репетировала.

 – Мне сейчас оформляют документы – дарственную на твоё имя на половину моего имущества. Я хочу, чтобы ты знал: где бы ты ни был, чем бы ни занимался, буду я жива или нет, это – твоё.

Питер сжался. Однажды зимой они с друзьями пошли играть на речку, катались там по льду, и его вынесло на самую середину, где лёд был тонкий. И дальше сразу тот ужасный миг: кругом вдруг чёрная ледяная вода и он запоздало понимает, что она вот-вот над ним сомкнётся.

И точно так же сейчас: миг – и он уже охвачен паникой и страхом.

– Только имей в виду: тебе достанется та половина, которая ближе к дороге и к цивилизации. – Она с деланым огорчением покачала головой. – Не очень-то я изменилась за год, да?

– Не хочу ничего этого.

– Я думаю о будущем, Питер. Тебе скоро четырнадцать. Когда-нибудь ты уедешь. Наверное, поступишь в университет. Может, потом и не вернёшься сюда, но если вернёшься… – Вола обвела комнату рукой.