2054: Код Путина

Он должен был быть абсолютно ударопрочным, жароупорным и водонепроницаемым. До серийного выпуска, однако, должно было пройти несколько лет. Лежащий перед ними аппарат представляет собой ровно такой же черный ящик, только не в пример более совершенный, чем все существующие приборы. Тем не менее, как только эта техника вообще появилась, военные Форта Беар наконец узнали, с какой сенсационной находкой они имели дело.

Первое поколение бортовых самописцев имело цилиндрическую форму. Сферическая конструкция находки придала, однако, аппарату намного большую стабильность.

Несомненно, такая штука уцелела бы при авиакатастрофе на любой, самой гигантской, высоте и в случае необходимости невредимой сохранялась бы месяцами в любой пропасти или на дне океана. После падения самолета, не важно откуда, благодаря питанию от батареи неделями самописец посылал бы ультразвуковые сигналы. После обнаружения потерпевшего аварию самолета причину катастрофы можно было установить на основе записанной информации. К сожалению, необычные батарейки прибора давно были израсходованы.

Обычно черные ящики были сконструированы таким образом, что сохраняли нераскодированную информацию, которую в случае необходимости довольно легко могли раскодировать авиационные спасательные службы. Прослушать магнитную пленку, конечно, не составляло труда, однако этот прибор имел абсолютно незнакомую технологию сохранения энергии. Никто не мог расшифровать информацию, поскольку технические предпосылки для этого отсутствовали. Прибор был родом не из этого мира.

Но откуда могли взяться тогда буквы на кириллице?

Мужчины молча отправились к выходу. Неожиданно кто-то загородил дверь перед ними. Орехов сразу же узнал сильно постаревшего поэта Кокто, шагнувшего им навстречу. «Этого вечного вольнодумца здесь только не хватало», – выругался он про себя.

– В крепости Форт Беар хранится величайшее открытие человечества! – голос Кокто почти срывался. Он выдержал долгую, значительную паузу. В бункере был слышен лишь грохот вентиляционной установки.

 – Мы как археологи, первыми открывшие гробницы египетских фараонов в тысячелетних пирамидах! – торжественно провозгласил он. Кокто вышел из тени и предстал перед ними – седые волосы на его голове были всклокочены, голос звучал истерично. Свет прожектора начал мерцать. Орехов, не мигая, смотрел на старика с сияющими, почти горящими глазами.

Взгляды Кокто и Орехова встретились на короткое мгновение. Оба вспомнили ту свою давнюю беседу на рю де Мадмуазель.