Пап, а расскажи сказку про троллей

Мама же изо всех сил пыталась привить дочке хоть небольшое стремление к порядку и аккуратности, но… получалось не особо.

Хождение в поисках одежды осложнялось тем, что, хоть комната и была небольшой, взгляд девочки постоянно останавливался то на кукле с пятном на платье, которое Слава уже полгода планировала постирать, то на других не менее интересных вещах. Но тут мама сказала, что если дочь не окажется за столом, пока она не досчитает до двадцати, Слава точно будет наказана. И потерянное платье тут же нашлось в дальнем углу комнаты за тумбочкой.

Обратный отсчёт, запущенный мамой, неумолимо приближался к своему финалу, когда Слава с традиционным криком «Сейчас, мам!» прибежала на кухню, где уже вкусно пахло завтраком, папа традиционно пил чай, а мама раскладывала еду по тарелкам.

Свежей выпечкой и яичницей пахло так аппетитно, что Слава с разбегу запрыгнула на свой стул и уже, было, протянула руки к тарелке, но папа строгим голосом сказал: «Встань и посмотри на себя в зеркало».

Из зеркала на неё слегка растерянно смотрела девочка девяти лет в изрядно помятом ситцевом платье и коричневых туфельках. Волосы были взлохмачены и явно требовали применения расчёски.

«Непонятно, что может в моём виде не понравиться папе», – подумала Слава, но на всякий случай пригладила вольно развевающуюся во все стороны шевелюру рукой. Сильно лучше на голове от таких манипуляций не стало, но вызывающе торчащих прядей оказалось чуть меньше, что, по мнению хозяйки непослушных волос, было вполне достаточно для того, чтобы бежать назад на кухню.

В дополнение к обновленной причёске, Слава накрасила губы маминой помадой, думая про себя: «Ну, разве я не красотка?» Она примчалась на кухню и снова уселась за стол.

Папа посмотрел на вновь появившуюся дочь, сказал свое привычное «Пу-пу-пу» и вернулся к своей яичнице. А мама, уже привыкнув, что такой утренний внешний вид её чада стал традицией, покачала головой и продолжила пить кофе.

– Лето создано для того, чтобы люди чувствовали себя комфортно, – философски произнесла Слава, прервав тишину во время завтрака. – Вот начнется школа – тогда и буду причёсываться, а сейчас смысла нет, всё равно ветер прическу испортит.

– Сильно сомневаюсь, что с наступлением первого сентября что-то кардинально в твоём виде изменится, – недовольно произнес папа.

– Ещё как изменится! – подмигнула Слава отцу и добавила: – По крайней мере, я вырасту.