Разбойник Кадрус

– Это как?

– Очень просто: волки друг друга не едят… Но так как вы честный человек…

– Что же тогда?

– Тогда… доверять нельзя, – лукаво закончил нищий.

Гильбоа был поражен.

Негодяй продолжал:

– Как же теперь быть вечером-то?

– Ничего не может быть проще, – ответил Шардон вместо своего хозяина, у которого от гнева перехватило горло. – Окна обеих девиц будут отворены, все люди в замке удалены, а свечка, поставленная на окне моей комнаты, укажет вам удобную минуту. Вы свяжете девицу Марию, свяжете и унесете девицу Жанну.

Потом броситесь к лесу и донесете племянницу барона до хижины Зеленого Леса. Остальное вас не касается.

– Может быть… однако, если мы рискуем, то приятно было бы знать…

– Я вам сказал, что дело идет только о том, чтобы сыграть шутку с этой молодой девушкой, у которой идеи слишком поэтичны и которая мечтает только о похищении. Дядя хочет напугать ее и показать, что не все в этих приключениях имеет розовый цвет.

– Даже есть шипы, – сказал слепой.

– Именно!

– Но когда этими шипами уколют девочку, она, конечно, вернется к добрым чувствам… и кончится все свадьбой, пиром, веселостями для гостей, богатством для барона, милостыней для нас, радостью для всех, кроме баронессы, оттого что молодежь любит молодежь, а барон находится не в цветущей молодости.

– Поняли! Поняли!

Оба нищих расхохотались. Гильбоа в бешенстве, что его разгадали, вскричал:

– Вон, негодяи! Ничего от вас не нужно.

– Невозможно! – дерзко ответили они. – Мы ваши сообщники.

– Какой вздор! – сказал Шардон.

– Помиримся! Вы больше нас проиграете, если мы поссоримся.

– Ну хорошо, помиримся.

– За это надо пятьсот франков.

– Дайте, – шепнул Шардон своему хозяину. – Барон согласен дать пятьсот франков, – прибавил он громко, – но он заплатит после.

Нищий настаивал, но Шардон нахмурил брови, и бродяги согласились.

Когда они ушли, Гильбоа сказал своему управителю:

– Вели отнести эти футляры и эти картонки к моим племянницам.

В них лежат наряды, которые я им дарю для бала при дворе… И скажи им, что я сейчас у них буду.

Через несколько минут управляющий пришел сказать своему хозяину, что приказание его исполнено, и прибавил:

– Если, как говорят, признательность есть самый верный путь к сердцу, то вы найдете ваших воспитанниц готовыми обожать своего опекуна.

– Ты думаешь? – спросил Гильбоа.