Первая прогулка богдыхана

А бог – чего он будет бояться? Где же уверенность в его правоте? Это грозит всеобщим недовольством, смутами. Нарушение постановлений религии. Гибель, гибель Китаю!

Богдыхан посмотрел грустно-грустно кругом.

– Ну что же! – сказал он. – Раз действительно это грозит такими бедствиями стране, делать нечего! Закапывайте. Я не хочу гибели Китая.

– Не следовало делать этой прогулки, радость вселенной! Я всегда говорил, что она принесет тебе несчастье! – сказал Джар-Фу-Цян, кидая первым лопату земли.

За такую прозорливость преемник Сан-Ян-Ки оставил Джар-Фу-Цяна первым министром и дал ему еще больше полномочий.

А Джар-Фу-Цян первое, что сделал, – отрубил голову придворному историку, первому церемониймейстеру и верховному жрецу:

– Уж очень они хитры!

Добрый богдыхан

Богдыхан Фан-Джин-Дзян, прозванный историками Мун-Су, что значит «отец народа», был добрым богдыханом и заботливым о народе. Когда до него доходили слухи, что где-нибудь вице-король обижает подданных, он сейчас же призывал вице-короля и приказывал палачам:

– А ну-ка снимите с этого молодца голову.

Надеюсь, что его узнают на том свете и без головы, по одним его пакостям.

И сейчас же назначал вместо казненного другого вице-короля, самого лучшего, какого ему советовали советники и министры.

Он сам всегда читал все донесения вице-королей. В донесениях писалось, что Китай благоденствует, как еще не запомнит история: солнце светит удивительно исправно, дожди идут в свое время и жители не знают, что им делать с рисом.

Богдыхан читал все это и думал: «А не врут ли?»

И вот пришла ему в голову мысль.

В назначенный день приказал он собраться во дворец всем своим министрам, советникам и царедворцам, сел на трон и объявил:

– Вице-короли пишут, что Китай наш благоденствует и что китайцы даже не знают, что им делать с рисом. Заботясь о нашем народе, решили мы об этом подумать, помолиться богам и допросить предков, что делать с несъеденным рисом, – так, чтоб это пошло на пользу народу.

Посему мы отныне удаляемся во внутренние покои нашего дворца и займемся молитвами, размышлениями и духовными беседами с предками. А так как предков наших, благодарение богам, было немало, то и полагаем мы, что пройдет не менее трех лун, пока мы с ними со всеми перебеседуем, не обижая никого. И вот в течение трех лун воспрещаем мы нас беспокоить и являться во дворец кому бы то ни было.