Первое дело Матильды

Но это так, только небольшая халтура.

– Что значит «небольшая халтура»? – удивляюсь я.

– Расследование… э-э-э… которого мне официально не заказывали. Дело в том, что… – голос у Рори внезапно становится очень скрипучим, – что я иногда случайно наталкиваюсь на преступления. Так сказать, побочно.

– Как можно натолкнуться на преступление случайно? – спрашиваю я, глядя на него с недоумением.

Сыщик, не отвечая на мой вопрос, смущённо откашливается и говорит:

– Без твоей помощи ситуация стала бы опасной.

Я обязан тебя отблагодарить. И чувствую себя твоим должником. Если я когда-нибудь смогу что-то для тебя сделать, то…

– Можете! – вырывается у меня.

– Ага! – с озадаченным видом отзывается Рори. – И что же?

– Откройте мне этот секрет! – говорю, наклонившись вперёд и глядя застенчивому детективу прямо в глаза. – Клянусь, я никому не расскажу.

– Что открыть? – мямлит Рори.

– Вашу тайну, – шепчу я. – Как вы раскрываете дела – при том, что слишком застенчивы, чтобы допрашивать свидетелей и обвиняемых? В чём заключается ваш тайный метод? Как вы это делаете?

Глядя в пол и ломая руки, сыщик бубнит:

– Прости, Матильда.

И надеюсь, ты не сочтёшь меня невежливым, но именно этого я сказать не могу… Тут я действительно ничего… Но если есть ещё что-то, что я могу для тебя сделать, то…

– Нет, – разочарованно качаю я головой, но тут меня внезапно осеняет: – Хотя стойте! Кое-что вы можете для меня сделать! – выпаливаю я. – Позвольте мне пройти у вас практику! Сыщиком-практикантом!

– Практикантом? – повторяет за мной Рори с видом Доктора Херкенрата, у которого перед носом нежданно-негаданно объявилась белка.

 – Ну, я… я не знаю. Вообще-то я всегда работаю один и…

– Только до конца рождественских праздников, – умоляю я. – Я буду аккуратной, старательной и ответственной. К тому же я знаю основы детективного дела. И кофе варить я тоже умею. И не забывайте: я только что спасла вашу за… ну, то есть я хочу сказать – я только что спасла вас в рискованной ситуации.

Решайтесь! Обещаю, что буду стараться говорить меньше, чем обычно. А если я начну вас раздражать, вы всегда сможете меня выставить! Идёт? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Рори, погрузившись в задумчивое молчание, долго смотрит в окно, затем тяжело вздыхает и, почесав шею, тихо говорит:

– Что ж… хорошо. До конца праздников. После того как ты выручила меня в этой затруднительной ситуации, было бы невежливо не выполнить твою просьбу.