Перелетные дети

– Я не тебе, а Дрю.

Веро помахала ручкой водителям:

– Спасибо за внимание.

Моторы снова заурчали. Машины попытались двинуться, но посреди дороги стоял черный «мерседес». Водитель «мерседеса» деловито вылез из машины и направился к нам.

– Скажите мне, что это было? – Водитель волновался и размахивал руками, изображая полет. – Вы летали или мне показалось?

– Показалось, – заторопилась Веро.

– Вы ангелы?

– Да какие мы ангелы! – рассмеялась Веро.

– Демоны? – не унимался человек.

– Ангелы, демоны… Что за глупости вы говорите? – Веро его совершенно не боялась.

Машины гудели, требуя дорогу.

– Скорее бегите, вам гудят, вы своей машиной никому не даете проехать.

Водитель бросился к автомобилю.

– Какой-то скользкий тип! – Веро дернула плечом.

В типе из «мерседеса» (я сразу окрестил его «делец») и вправду было что-то отталкивающее – то ли вертлявость, то ли колючие глаза.

– Быстро уходим! И больше никаких полетов, – отрезала Веро.

Мы пошли.

И я понял, что ходить гораздо менее интересно, чем летать.

– Есть хочу, есть хочу.

– Потерпи, потерпи, – вторила ему Веро.

Получалось не так уж быстро.

– Горячие собаки, горячие собаки! – вдруг завопил Мишель.

Я не увидел никаких собак. Ни горячих, ни холодных.

– Дрю, у тебя есть хоть немного денег?

– Сейчас посмотрю. Вот, немного осталось.

– Отлично. Пошли.

Тут я наткнулся глазами на вывеску «Хот-доги».

Веро и Мишель уже бежали к ларьку.

– Вам с горчицей или с майонезом? – осведомилась продавщица.

– Ни с чем! Собакам вредно и то и другое.

Продавщица засмеялась.

Мы схватили по сосиске в булке. Я, оказывается, тоже хотел есть.

Мишель уже раскрыл было рот, а потом уставился на свою булку.

– Собак придется отпустить, – грустно сказал он, затем сел на корточки и добавил: – Беги, дорогой!

Сосиска покатилась в траву.

Рядом присела Веро.

– Но ведь это не настоящие собаки! – Я не ожидал такого.

– Придется отпустить хотя бы слово, раз мы не можем отпустить животных. – Веро отпустила на травку и свою сосиску.

Мне не хотелось расставаться со своей теплой собакой. Мама редко и неохотно покупала фастфуд – у нее на этот счет были твердые правила. Но Вермишель глянули на меня так строго, что я присел на газон, раскрыл свою булку и покорно сказал:

– Иди, поиграй с другими.