Переполох в Волшебном лесу

– Здесь, дедушко! Как же без меня!

– И Зайка!

– Вот смотри, дедушко, как я ещё научился, пока мы не виделись! – похвастался малыш и застучал в барабан мелкой дробью.

– Молодец, Зайка! Только возле меня в барабан не колоти! Голова у меня пухнет от шума! Вон, Косой, дружок твой, поди, заждался! Эй, Косой! Зайка прилетел!

На полянку из-за дерева выскочил весёлый серенький зайчишка.

– Зайка! Хорошо, что прилетел, я уже соскучился! Дай постучать!

– Здорово, Косой! Я тоже соскучился! На, постучи! – Зайка снял барабан, висевший у него на красной ленте, и надел Косому.

Тот со всего размаха ударил сразу двумя барабанными палочками.

Раздался такой грохот, что белочка с соседнего дерева упала в траву в обмороке. Но сразу же пришла в себя, укоризненно покачала головой и вновь спряталась в листве. Там как раз обедали её бельчата, грызли лесные орешки. Услышав грохот барабана, они радостно завизжали, захихикали и стали бросаться ореховыми скорлупками.

– Не так стучишь! – возмутился Зайка. – Нужно по очереди: сначала одной палочкой, потом другой! Давай, научу! Только пошли на другой конец полянки, а то у дедушки голова от шума распухнет!

И они пошли на другой конец поляны учиться правильно стучать в барабан. А бельчата всё продолжали хохотать, хлопать в ладошки и бросаться скорлупками.

– Сладу с ними нет! Ну-ка, мелюзга, там потише! – прикрикнул Леший на разошедшихся бельчат.

– Как же, дедушко! – Паучок покопался в довольно большом мешке, который прихватил с собой. – Как обещал! Вот, целый месяц собирал! – он протянул Лешему серый клубок. – Самая целебная, как раз от ревматизма! Прикладывай себе на здоровье!

Дед взял клубок, зачем-то понюхал его и так, видимо, определив качество паутины, одобрительно покачал головой:

– Пойдёт! Хорошая! Полюшка, а ты чего ж в сторонке стоишь, застеснялась что ли или испугались меня? – улыбнулся Леший девочке, смотревшей на всё широко распахнутыми от изумления глазами.

Леший наклонился к ромашке, но не сорвал, а бережно прикоснулся своими корявыми пальцами к её нежным белым лепесткам. – Только, чур, не рвать! А вот лучше поговори с ней. Её зовут Василько!

Почему ромашку звали Василько, было непонятно.