Перепутье

Он закрыл дверь, занавесил полукруглые окна тёмными шторами и принялся беседовать с Эхом.

– Что происходит? – спросил Сказочник.

– В мире поселилось Зло, ты разве ещё не понял? – ответило Эхо.

– Откуда же оно взялось?

– Ниоткуда. Зло было, есть и будет всегда. Раньше ты не замечал его, потому что оно таилось и ждало удобного момента. Как видишь, момент наступил. Зло разрастается быстро, пускает в душах глубокие корни. Попробуй вырви – надорвёшься!

– Но почему это произошло? Кто допустил, кто создал этот «удобный момент»?

– Сами люди.

Каморку наполнила тишина. Сказочник молчал, о чём-то напряжённо, мучительно размышляя. Молчало и Эхо, оно ведь только откликалось на вопросы, но никогда не заговаривало первым – отчасти из вежливости, а отчасти потому, что Эхо всё-таки не умеет опережать человеческий голос, даже если оно умное и образованное.

Наконец Сказочник будто очнулся.

– Я всё понял, – сказал он решительно, – со Злом необходимо бороться! Но как? Подскажи, дружище, ты же всё знаешь.

– Со Злом бороться невозможно, – откликнулось Эхо. – Зло вездесуще и многолико. Оно привлекательно, потому что умеет рядиться в красивые одежды. Оно удобно для большинства, потому что опускаться куда легче, чем подниматься.

– Невозможно бороться, ты говоришь?.. А спокойно смотреть, как разрастается Зло, возможно?! Нет, я не смогу так жить!

– Не живи, – равнодушно отозвалось Эхо.

Сказочнику сделалось жутко.

– Как, неужели и ты?.. – прошептал он, страшась своей догадки.

– Я всего лишь Эхо. Я отражаю то, что слышу вокруг себя.

Сказочнику даже показалось, что Эхо пожало плечами.

И тогда впервые за много лет он покинул свою уютную каморку, которая теперь казалась ему чужой и зловещей, и бросился вниз, в город, к людям. Трудно сказать, хотел ли он убедиться, что Зло действительно так всесильно, или что-то другое двигало им, только какая-то неодолимая сила заставляла беднягу бежать и бежать по улицам, вглядываясь в лица прохожих.

* * *

Оказалось, что город был совсем не таким, каким казался сверху. Никогда прежде не думал Сказочник, что здесь так много пыли и грязи, что нарядные крыши домов скрывают стены с облупившейся штукатуркой, а запущенный сад на окраине – это лишь деревья с запылённой листвой, искривлёнными стволами да озерцом с мутной гниющей водой.