Петтерсы. Дети гор

Шутку, если сказанное императором вообще было шуткой, поняли не все. Точнее, только Анненков, который, как и подобает подданному, во весь рот заулыбался услышанному. Государь же, без тени радости, продолжил:

– Из крестьян, говоришь…

– Так точно, ваше величество.

– Так точно… – тихо промолвил государь и в упор взглянул на юношу. – Служивый?

От пристального и пробирающего до печенок взгляда императора Осипу стало не по себе. Хочешь соврать, да не получится.

Собрав в себе последние остатки смелости, он все же ответил:

– Никак нет, ваше величество.

– А почему перед оружием не оробел?

Молодой человек вновь замялся.

– Дык некогда было. Сердце, как-то так, особенно забилось, когда… стало быть, крик ее услыхал… – На этих словах Осип указал рукой на Эйшу. – А потом… его увидел с пистолем. Честно признаюсь… – Юноша опустил глаза в пол. – Страшно стало… Думаю… вот как по руке ударю, а он в кого-нить пальнет… Иль в меня… вот руку кверху и повернул.

Несмотря на сбивчивую и беспорядочную речь крестьянина, Александр II слушал внимательно и не перебивал. И лишь когда Осип закончил свой рассказ, заметил:

– Ну, коли не служил, еще послужишь. Тем более уже начал.

Он сделал короткую паузу, а затем громко и официально продолжил:

– Божьей милостью Мы, Александр Второй, Император и Самодержец Всероссийский, награждаем тебя орденом Святого Владимира IV степени[81 - Императорский орден Святого равноапостольного князя Владимира – один из орденов Российской империи.

Существовал в четырех степенях и давался за военные отличия и гражданские заслуги.], а в придачу к нему жалуем титул потомственного дворянина![82 - Дворянство в России подразделялось на три класса: титулованное дворянство, к которому относились князья, графы и бароны; потомственное дворянство, передававшееся законным наследникам, и личное дворянство, полученное за личные заслуги, но не передающееся по наследству. Потомственное дворянство в эту эпоху давалось автоматически при награждении орденами Святого Георгия и Святого Владимира.]

Юноша бухнулся на колени перед государем:

– Спасибо, батюшка!

– Отныне будешь зваться Осип Комиссаров-Костромской.

Анненков еле слышно кашлянул. Император вопросительно посмотрел на обер-полицмейстера.