Пираты Кошачьего моря. Жребий брошен!

 – Абсолютно ничего! Вас не упекут в тюрьму за контрабанду. И даже закроют глаза на чеканку фальшивых монет… А, стойте, вижу, ошибся! Вы не чеканите монеты… Вы их перекрашиваете. Угадал? А на самом деле они… ммм… золотые! Вот молодцы! Понятия не имею, зачем вам понадобилось превращать золотые монеты в медные, но и за это вам тоже ничего не будет…

Сердце Джонни подскочило и застучало в висках, призывая немедленно проткнуть незнакомца шпагой. Ох уж это чувствительное сердце! Его послушать, так придется дырявить всех: нелюбезных таможенников, грубоватых военных, полоумных старушек, мрачных владельцев таверн, ну и, конечно, непрошеных пассажиров…

– Выметайся отсюда, – твердо сказал Воробушек.

 – Можешь путешествовать вплавь: я не двину корабль с места!

– Отличная идея, – поддакнул Красавчик. – Давай дождемся жандармов – нарвемся на неприятности. Кажется, я слышал, как в твоей голове скри-пели тугие колесики, рождая эту гениальную мысль…

Теперь желание проткнуть гостя если не шпагой, то клювом созрело у Кукабары.

Как этот проходимец разговаривает с капитаном? Да что он о себе возомнил? Единственное, что удерживало птицу, – застрявший в дыре камзола коготь.

– Подумаешь, сундук фальшивых медяшек! – выпалил Кукабара. – Невелики неприятности: неделя городских работ.

– Ты прав. Монеты – ерунда. И не сравнить с похищением!

– Каким еще похищением? – одновременно воскликнули Джонни и Кукабара.

– Какой-нибудь важной особы. – Красавчик ослепительно улыбнулся и замер в позе кота, придерживающего над головой то ли поля невидимой шляпы, то ли неплотно сидящий нимб.

 – Меня, например.

– Нам пасть ниц? – ехидно спросил Воробушек. – А то, я смотрю, тебя сейчас разорвет от скромности. Не хочу, чтобы твои ошметки испачкали мою шляпу…

– Тебя – похитили?! – негодовал Кукабара, наконец-то освободив конечность из дыры камзола. – Да ты сам пришел!

– И кто это говорит? Пернатый друг капитана, перевозчика фальшивых монет? Не смеши: никто тебе не поверит.

Красавчик дал капитану время, чтобы осознать расстановку сил, и добавил:

– И заметь, что в конце – никакого подметания улиц. Только почетная гильотина.

Капитан Джонни Воробушек молча приблизился к Красавчику на расстояние одного клинка.

– Я одного не могу понять. Ты хочешь путешествовать – и устраиваешь тут целый спектакль. Почему было просто не предложить мне денег? Ну, допустим, жадность – это я понимаю. Но ведь можно меня попросить.