Письма на чердак

Остролицая, с выступающими вперёд клыками да ещё с этим хвостом, она была вылитым хорьком.

Бабушка порылась в сумке и протянула мне ключ.

– Ты уже большая девочка. Бери Джин – и в деревню! Здесь вы словно вот эти цветы, – опять неодобрительный взгляд на несчастные петунии. – Тем более зачем мне просить соседку кормить кур и поливать огород, когда у меня две взрослые внучки?

Одна внучка, бабушка.

– Но ба, – возразила я, хотя внутренне ликовала, и виновато покосилась на Джин. – Я тут её до солнечного удара довела.

– Не ты, а солнце. Это глупости, Анжел, дети иногда болеют, – заметила моя мудрая бабушка.

Джин, которая прыгала от радости рядом, тут же завопила:

– Князь, ты не виновата! Это я всё сама! А в деревне я буду слушаться! Ну, пожалуйста, Князь, соглашайся!

Дело в том, что у нас с Джин на двоих одно имя – Анжела. Меня обычно зовут по имени – хе-хе – как старшую, а Хорька – её детским прозвищем Джин. Только она отказывается меня называть Анжелой и кличет по фамилии – Князь.

– Решено! Едете! – вынесла вердикт бабушка.

Этот день был прекрасен во всех мирах. Я появилась в Тёмном Уголке, а Хозяин стоял у окна.

– Вот и ты, – сказал он, смерив меня вишнёвым взглядом, словно забыл, как я выгляжу.

Я ожидала, что он привычно скроется в кабинете, но Мой Волк сегодня остался.

Подсолнух

Сегодня был самый обычный день. И только для Подсолнух всё изменилось. Ей исполнилось 218 лет, и она получила самый желанный для всех молодых призраков подарок – свой собственный мешочек с чудо-камушками.

Её мать – Ветреница – вручила ей мешочек и расстроенно вздохнула:

– Конечно, ты теперь совсем взрослая, но, может, всё-таки не будешь убегать одна?

– Мама, ну чего ты боишься? Думаешь, люди меня обидят? Ты же сама понимаешь, как это глупо, – улыбнулась Подсолнух длинным, как у матери, ртом.

Уголки же материнского рта поползли вниз, образуя несчастную подкову.

– Просто ты такая нежная, ранимая и мечтательная. Даже вот имя себе поменяла. Мне кажется, ты разочаруешься в Задорожье.

– Но я столько раз бывала там с вами! – заметила Подсолнух. – Со мной всё будет хорошо!

И она обняла мать. Подсолнух казалась некрасивой копией Ветреницы. На первый взгляд они были похожи: большие круглые золотые глаза, светлые жёлтые лёгкие волосы с медными прядями, оливковая кожа.