Питер и Элли

Питер принялся объяснять:

– Вот смотри: это наш дом, где живем мы с папой и мамой, есть дом бабушки с дедушкой, есть дом тети и дяди – других, не которые твои мама с папой. И все это немного мои дома тоже. А у тебя теперь есть еще и наш дом. Ты не бойся, я тебе все здесь покажу.

– Я не боюсь, – негромко сказала Элли.

– А почему ты такая тихая? – спросил Питер. – Тебя кто-то обидел?

Она покачала головой.

– Никто. Никто меня не обижал, и я никого. Просто меня не все видят. Потому что я невидимка, – добавила она шёпотом.

– Что-о? – удивился Питер. – Я же тебя вижу, и мама, и папа. И твои родители тоже…

– Ты как будто да, – кивнула она. – а остальные не всегда. Это мой секрет.

Мальчик нахмурился. Все это было очень странно, но Элли ему понравилась.

– А как так получилось? – спросил он.

Она пожала плечами.

– Мама всегда занята своими делами, а папа… – она сморщила нос, – учёный. Мне не разрешается его отвлекать. Но я и не отвлекаю! Может, только когда была маленькой, но я тогда не знала, что нельзя.

А потом меня стали отпускать к морю, и я стала ходить туда все время. А если мама берет меня куда-то с собой, то там тоже нужно сидеть тихо и не шевелиться… Как все взрослые сидят, знаешь? – Питер, внимательно слушавший, кивнул. – И тогда я решила, что быть невидимой очень удобно. Правда, иногда это случается само по себе.

Мальчик озадаченно взглянул на неё.

– Ну со мной тебе не надо быть невидимой.

Он слез со стула, и начал что-то искать в одном из углов под большим окном, по краям которого переливались красным и зеленым цветные стекла витража.

Вскоре он выбрался из угла, держа в руках какую-то коробку.

– Я хочу показать тебе некоторые из моих сокровищ, – торжественно произнёс мальчик. – Думаю, они волшебные. Чтобы ты знала, что мы можем быть лучшими друзьями.

Глаза девочки широко открылись, и она вслед за ним спустилась со стула и села на ковёр, где новоиспеченный брат начал выкладывать свои сокровища, рассказывая о них.

– Вот это стеклышко я нашел в лесу весной. Откуда в лесу быть круглым желтым стеклам? Это, несомненно, волшебство. Вот это – очень большая раковина, которую я нашел, когда мы однажды были у моря. У тебя наверно их было много? – Элли кивнула. – Моя до сих пор хранит его шум, – он поднес ее к уху, удостоверился, что шум на положенном ему месте, и отложил. – Эти замечательные камушки с одной Горы в лесу, это довольно далеко отсюда. В них как будто смола и слезы.