Питер и Элли

Питер тоже вздохнул, приуныл, но потом приободрился – ему пришла идея:

– А пойдём погуляем и будем слушать деревья. Вдруг ну… волшебство опять само сработает, и они что-нибудь расскажут? Или мы наловчимся и сами у них спросим?

Сестренка просияла и тоже приободрилась:

– Давай!

После этого они какое-то время каждый день ходили по парку и лесу, старательно вслушиваясь, и с замиранием сердца надеясь услышать разговор деревьев. Правда, иногда терпение кончалось и ребята сами начинали спрашивать у самых старых дубов, узловатых и кряжистых, знают ли они про Народ Холмов.

Но дубы только шелестели темно-зелеными резными листьями и иногда роняли маленькие, ещё зеленые, желуди на ребят. Те подбирали их и рассовывали по карманам, надеясь, что это что-то значит, и вот-вот все станет понятным.

Лето шло своим чередом, становилось все жарче. Желуди пожелтели и высохли, но понятнее ничего так и не стало.

Питеру и Элли надоело ждать ответа, они повыбрасывали скукожившееся семена, отчего карманы заметно сдулись, и позволили себе просто бегать вокруг деревьев с хохотом, выкрикивая накопившиеся вопросы, играя в догонялки и дурачась.

Дни шли, наступила жара и догонялки перестали работать. Поэтому ребята валялись в саду, перебираясь из тени одного дерева к другому. Думать обоим стало лень. Кроме мороженого есть ничего не хотелось. В саду поспел крыжовник. Золотистые ягодки проглядывали сквозь листву, и Питер с Элли, исцарапавшись, уже обобрали некоторые ветки. Не дожидаясь, пока дрозды окончательно помогут ребятам, в выходные мама выдала всем корзинки, а папу отправила за большой чашей.

– Я вам помогу, а потом пойду варить варенье, – сказала она, убирая волосы под шляпку.

– Мамочка, ты выбрала самый жаркий-прежаркий день, – вздохнул Питер. – Я таю.

– А мне нравится, когда жарко! – сказала Элли.

Она прыгала вокруг, как козленок, волосы растрепались, румяное личико дышало счастьем.

– Питер, возьми ещё немного мороженого, если хочешь, а мы начнем собирать, – сказал Уильям, возвращаясь с чашей.

 – Советую выбрать вооон тот куст рядом с вишневым деревом, – он указал на самый дальний. – Там тень больше.

Питер с тяжким вздохом отправился за мороженым, а потом устроился в тенёчке под вишней, рассудив, что сначала нужно поесть, а уж потом собирать. Вообще сидеть вот так, прислонившись к тёплому стволу, и глядеть на ярко-голубое небо сквозь листья, в которых проглядывали две несобранные вишенки, было хорошо.