Питер и Элли

Некоторое время они смотрели друг на друга, а потом вскочили и засобирались, точно опаздывая.

– Давайте подумаем. – сказал Тим. – Мы пришли оттуда.

– Или оттуда?

– Нет, я помню, мы проходили мимо вон того загнутого вбок дерева.

– А разве загнутое дерево было не на той поляне совсем в начале, где уши зайца?

– Нет, заяц был возле пригорка, я там запнулась, помните?

– Тише, слушайте! – вдруг схватил Тим их за руки, чтобы ребята замолчали, а потом указал куда-то. Все послушно вгляделись в колышущуюся листву.

И тут стал слышен тихий нежный перезвон. Он то замолкал, то появлялся вновь. Будто хрустальные колокольчики, сделанные такими маленькими, чтобы не потревожить ни одну пчелку, ни одну бабочку, качались на ветру.

Глаза у всех троих стали как блюдца, а ладошки вспотели. Вцепившись друг в друга, ребята переглянулись и одними губами прошептали:

– Это ОН!

И сразу стало сложно дышать, потому что одно дело читать в книжке, а другое – когда единорог появляется на самом деле, и непонятно, большой ли он и точно ли начнёт осенять?

Элли глубоко вздохнула и, кивнув, отпустила руки мальчиков.

– Как мне надо к нему подойти? – еле слышно спросила она. – Просто подойти или сначала что-то сказать?

– Не знаю. – растерялся Питер, – пойдём все вместе. В книге девы с ними тоже, наверно, все время встречались, они знали. А мы нет.

С колотящимися сердцами ребята пошли вперёд. Между листьями мелькнуло что-то золотое, звон стал слышен яснее. Наконец нетвердыми ногами они сделали последние шаги, заглянули, раздвинув ветки, туда, откуда он доносился, и дружно вздохнули от удивления и волнения.

Огромный благородный олень, вздрогнув, обернулся и, точно приветствуя, посмотрел на ребят умными блестящими глазами. Убедившись, что они не представляют опасности, опустил голову, – при этом колокольчики на огромных ветвистых золотых рогах опять нежно зазвенели, – и опять принялся щипать траву.

– Всего лишь олень… – прошептал Тим.

– Как это "всего лишь"? Посмотри на его рога! А бубенцы?! Волшебные! – возразила Элли.

– Ну повесил кто-то… – не сдавался Тим.

А Питер замер, пытаясь понять, отчего олень кажется ему знакомым, и мог ли он где-то его видеть прежде. Он смотрел и смотрел, пытаясь вспомнить что-то, что не хотело вспоминаться.

Элли между тем проскользнула вперед и осторожно подошла к Оленю. Он поднял голову, изучающе глядя на девочку и принюхиваясь. Мокрый нос блестел на солнце, пушистый хвостик вдруг вздрогнул точно сам по себе.