Побег из Совиного гнезда

Однако земной мир был ему не чужд, что подтверждало его участие в судьбе и благополучии юных велосипедистов.

– Пока, дядя Квентин! Пока, тётя Фанни! Мы поехали, пишите письма! – сказал на прощание Джулиан и тут же поправился: – Нет, писем как раз не пишите, мы ведь не знаем, где остановимся, а главное, не знаем, где остановитесь в городе вы. Удачного выступления на конференции, дядя Квентин! Хорошего отдыха! Я имел в виду, что у вас будет отличная возможность немного отдохнуть от всех нас.

– Пока, мамочка! Пока, папочка! Не беспокойтесь за нас, с нами всё будет в порядке! – помахала рукой Джордж, садясь на велосипед.

– Пока, тётя Фанни! До свидания, дядя Квентин!

Попрощавшись, ребята дружно нажали на педали и выехали за ворота усадьбы Киррин-Коттидж. Дядя и тётя стояли у ворот и махали им вслед платками. Они махали до тех пор, пока все велосипедисты не скрылись за поворотом, словно растворившись в лучах восходящего солнца. Последним они разглядели хвост Тима.

Несколько первых сот метров велосипедисты ехали молча.

– Даже не верится, что мы теперь вольные птицы, как выразился Дик. Спасибо дяде Квентину. Если бы не его забывчивость, нам бы такая удача могла и не привалить.

– Только давайте в первый день не будем гнать, – донёсся сзади голос Энн. – Мне ещё надо привыкнуть к этому большому велосипеду.

– Согласен, – обернулся Дик, начав притормаживать. – Много проехать и не получится. А то с непривычки у всех заболят ноги и спина. Энн, ты только скажи, когда устанешь, и мы сразу устроим привал.

– Хорошо. Езжайте вперёд, я ещё не устала.

Солнце с утра светило довольно жарко. Впрочем, ребятам, наверное, просто так показалось, поскольку они довольно быстро вспотели. Они сняли свои свитеры и уложили их в корзины на багажнике. В рубашке Джордж выглядела совсем как мальчик, её светлые кудри раздувал ветер. Она была в шортах, как и все, кроме Джулиана, возглавлявшего кавалькаду. Он был уже достаточно взрослым, чтобы всегда и везде носить брюки.

День был чудесный, ребята накручивали километр за километром, наслаждаясь солнцем, ветром и хорошей погодой. Тим бежал рядом и, казалось, нисколько не уставал. Однако его длинный красный язык уже болтался как тряпка. Собаке было жарко. Когда появлялась возможность, Тимми старался покинуть твёрдую гравийную дорогу, усыпанную мелкими камешками, и бежать по обочине, по песку, по траве. Так он берёг свои лапы.