Повелитель книг

От нечего делать Женька разглядывал и фотографировал на камеру мобильника кур, коз и прочую деревенскую живность и записывал на встроенный диктофон их голоса. Больше всего ему понравился крик петуха:

– Клево получилось! На будильник надо будет поставить, – объяснял он Баське, давая ей послушать запись. – А еще можно во время урока включить, чтоб все поржали. Во будет прикол!

Баська в ответ одобрительно тявкала и виляла своим забавным хвостом.

Как-то Женя задержался на речке дольше обычного.

Было очень жарко, и уходить от воды совершенно не хотелось. Они с Баськой весь день проторчали на берегу: валялись на покрывале, купались, слушали музыку и поедали взятые с собой бутерброды, не замечая времени. И в итоге домой начали собираться, только когда уже почти стемнело.

Женя неторопливо шел по узенькой тропке, петлявшей через рощу и ведшей от реки прямо к дому деда. Впереди него бежала мокрая Баська, постоянно встряхиваясь на ходу и оглядываясь, не отстал ли ее новый друг.

Войдя в сени, мальчик заметил, что из-под двери библиотеки пробивается неяркий луч света. Он тихонько подошел поближе и прислушался. Баська тоже осторожно подкралась к створке двери и смешно приподняла мохнатое ухо.

Из-за двери доносился какой-то невнятный, едва различимый шум. Странно, похоже на приглушенные голоса, за все время своего пребывания здесь Женя еще ни разу не видел, чтобы деда кто-то посещал в библиотеке, да еще в столь поздний час. К нему вообще редко кто заходил, не считая Олю, а если и приходили гости, то днем, и общался Сан Саныч с ними или на улице, или на кухне за чашкой чая.

А тут...

Женя приблизился к самой двери, заглянул в щель. И его глазам предстала труднообъяснимая картина: в полумраке библиотечного зала его дед тихо беседовал с несколькими весьма необычно одетыми людьми. Мальчик смог увидеть только троих из гостей, но и этого ему было более чем достаточно, чтобы очень удивиться. Ближе всего к нему сидела на стуле молодая брюнетка с высокой, украшенной цветами и локонами прической, в открытом старинном платье – точно таком, в каких танцуют дамы на балах в исторических фильмах.

Рядом с ней расположился очень импозантный пожилой мужчина в роскошном бархатном камзоле, сплошь расшитом золотыми нитями, и горностаевой мантии. Его пышную седую шевелюру венчала золотая корона, украшенная жемчугом и драгоценными камнями, поблескивавшими в неярком свете лампы.