Повесть без начала и конца

Пятьдесят километров. Почему именно туда, мы не спрашивали. Мы мечтали, как будем строить шалаши для ночлега, как будем спать в походных условиях, готовить еду на костре и сидеть в ночи вокруг костра под яркими звездами.

Сначала Алевтина сказала, что до Белого Ручья мы поедем на автобусе. Ну, ладно, это еще куда ни шло, первые двадцать километров на самом деле не так интересны, идти с рюкзаками по асфальту – ничего приятного, а другой дороги туда нет. Но получалось, что в Белом Ручье ночевки у нас точно не будет.

Вывалившись из автобуса, мы по песчаной дороге пошли в сторону Анненского.

Здесь мне были знакомы все повороты, все дороги, здесь жила моя бабушка Маня. Я и с Сашкой к бабушке ездила, и с Леркой. Если свернуть направо и подняться в гору по лесной дороге, а там пройти бором около километра, то выйдешь на крутой песчаный берег канала. Можно спуститься на берег и искупаться, но вода там коричневая, как какао, оттого что часто проходят суда, да и дно резко обрывается вниз – сразу глубина. Бабушка не разрешала там купаться – суда шли часто, выйдет из-за поворота, не успеешь доплыть до берега, тем более, что плавали мы так себе, по-собачьи.

Спуститься вниз тоже можно только в одном месте, этот берег обрывист и подходит к самой воде, оставляя только узкую песчаную полоску. Когда стоишь внизу вплотную у отвесной стены и в это время проходит теплоход, то волна от него накатывает до самых твоих ног. А лучше всего сидеть на высоком берегу и махать руками проходящим судам. Канал здесь неширокий, вполне можно разглядеть лица людей.

Тебе в ответ всегда кто-то помашет: матросы с сухогрузов, или пассажиры с белых трехпалубных теплоходов.

А купались мы в небольшом лесном озерце, когда возвращались в поселок другой дорогой. Только иногда там надо было пересидеть в укромном месте и выждать, чтоб ушли мальчишки, которые тоже любили это озеро. Один раз мы с Сашкой лежали за горкой часа два, как партизаны и смотрели на троих купающихся мальчишек. Один из них был Вовкой Скворцовым, бабушкиным соседом, а двоих мы не знали.

Они разожгли костер и грелись у него накупавшись, а мы все лежали в траве и смеялись, когда Вовка с друзьями стали мочиться в костер чтоб потушить.

Сейчас мы миновали Депо, Медвежку и шли по дороге, медленно поднимающейся в гору. Первый привал у нас был через километров двенадцать-тринадцать, за паромной переправой в Волоков Мост. Он так называется потому что там раньше суда перетаскивали волоком между реками Талица и Вытегра.