Подводные тайны

Через пару мгновений мышонок пустился бежать и юркнул под стол, за которым работали двое взрослых – мужчина и женщина с такими же светлыми волосами и полными любопытства глазами, как и у мальчика.

Мальчик бросился за мышонком, выскочил за дверь и помчался по коридору.

Мышонок бежал мимо решеток и вентиляционных отверстий, петлял под трубами, держась ближе к стенам. Повозка летела мимо дутых водолазных скафандров, еще влажных, пахнущих морем, проносилась по камбузам и столовым, где обедал экипаж.

Но мальчик не отставал.

Наконец мышонок шмыгнул за приоткрытую дверь.

В каюте за этой дверью стояли ряды клеток с копошащимися внутри мышами.

Белый мышонок замер посреди безупречно чистого пола.

Мальчик присел, слегка открыв рот, и вытянул руку, чтобы поднять мышонка.

Послышался шелест юбок.

Путь мальчику преградила блестящая кожаная туфля.

Он поднял глаза.

– Привет, тетя Матильда!

Перед ним стояла сурового вида женщина с короткими, зачесанными назад волосами, одетая в белый халат и защитные очки.

– Называй меня профессор Милксоп, – сказала она, натягивая резиновые перчатки.

Профессор Милксоп схватила мышонка и бесцеремонно бросила повозку на пол.

– Этот грызун нужен мне для работы. Ни к чему было забирать его из лаборатории.

– У него был грустный вид, – ответил мальчик. – Я назвал его Призраком из-за цвета. Подходящее прозвище, правда?

Мальчик посмотрел на мышонка, возившегося в кулаке профессора.

Мышонок тихо пищал.

– Не надо давать им имен, – сказала профессор Милксоп.

Она отвернулась и сделала резкое движение руками.

Писк прекратился.

– Возвращайся к себе, Дэйн. Не стоит здесь находиться. Это может плохо сказаться на твоем здоровье.

Профессор пинком отбросила в сторону игрушечную повозку и направилась к другой, обшитой свинцом двери в дальнем конце каюты. На двери висела табличка:

Над текстом виднелось изображение свернувшейся в кольцо змеи, которая кусала себя за хвост.

Глядя вслед тете, Дэйн смахнул жгучую слезу.

Потом сузил глаза, посмотрел на дверь и тихо сказал:

– Нет. Никуда я не пойду.

Он шагнул вперед, осторожно толкнул дверь с табличкой и заглянул внутрь.

За дверью оказалась просторная белая лаборатория. Механическая медсестра с красным крестом на груди ставила на стол квадратное металлическое устройство. Из фонографа, стоявшего на тумбочке в углу, доносились призрачные звуки некоей оперы.