Единственный и неповторимый

– Не согласен, – спокойно ответствовал воин. – Я не могу тебе позволить ударить леди.

Воин резко дернул руку Йена вниз. Раздался отчетливый хруст сломанной кости, Йен взвыл и рухнул на землю.

Справившись с внезапной тошнотой, Джоан подняла глаза. Луна услужливо осветила лицо ее спасителя, и Джоан его узнала.

«Малколм Маккенна. Проклятье! Из всех мужчин христианского мира меня спас именно этот».

– Ты пострадала? – спросил Малколм, скользнув взглядом по ее телу. Он смотрел без всякого вожделения, тем не менее Джоан разозлилась.

– Я в порядке, – рявкнула она и сразу расстроилась. Ее тон был непозволительно резким. Все же этот человек ее спас. Но он не должен был узнать, как некстати для нее в данный момент его присутствие. Она должна спешить.

Джоан отвернулась и побежала прочь, желая оказаться как можно дальше, когда другие солдаты Фрэзера начнут разбираться, почему их капитан завывает, как умирающий волк.

Малколм пошел рядом. Сначала она почувствовала раздражение, но потом сообразила, насколько спокойнее, когда он – и его меч – в пределах досягаемости.

– Разве так уж трудно проявить любезность и сказать мне несколько слов благодарности? – спросил он.

Джоан покраснела от стыда. Ее грубость действительно была ничем не обоснованной, учитывая его благородное поведение. Малколм пришел на помощь, не зная, кто она, а когда узнал, ни секунды не колебался. Джоан имела достаточно опыта и точно знала: найдется немного мужчин, которые, не раздумывая, придут на помощь, и еще меньше тех, которые помогут именно ей.

Она выпрямилась.

– Прости, пожалуйста. Я не хотела быть обязанной мужчине – любому, но я искренне благодарна тебе за помощь.

– Но ты бы предпочла, чтобы я не вмешивался?

– Разве я это говорила?

– Нет, но глубокая складка на твоем высоком лбу – между бровями – говорит сама за себя.

Ну вот, теперь он ее подначивает. Она же извинилась, что еще нужно этому мужчине?

Джоан нетерпеливо вздохнула.

– Разве ты не знал? Не в моем характере быть почтительной.

– Знал.

Она пожала плечами.

– Если хочешь правду, я устала скрывать не слишком привлекательные черты своего нрава, поэтому теперь даже не пытаюсь.

– Разумный взгляд, хотя и опасный, – сказал Малколм. – Ты никогда не найдешь нового мужа, если не станешь мягче.

Джоан рассмеялась.

– Могу тебя заверить, что отсутствие мужа – не то, что не дает мне уснуть по ночам.

Малколм нахмурился.