Пойди туда, не знаю куда. Книга 4. Сват Наум

Пока Федот шел к стрельцам, в деревне началось что-то невообразимое. Раздался вой и визг, заметались какие-то существа, затем взревела некоровьим голосом невесть откуда взявшаяся корова и помчалась по деревне в сторону стрельцов. За ней гнались собаки и свиньи, а за ними лошадь с санями, в которых кто-то кричал и размахивал руками.

Стрельцы от околицы дружно отступили в сторону ручья, уступая всему этому поезду дорогу, и замахали Федоту, чтобы он бежал. Федот встал, словно вскопанный, глядя на приближающееся.

Мир потемнел перед ним, и во мраке стали видны голубые проблески, словно в самой гуще тьмы светилось что-то синим светом. Что-то отдаленно знакомое…

Вылетев за околицу, худющая, как смерть, корова повернула на протоптанную дорожку к кладбищу и помчалась вперед, волоча впившуюся ей в заднюю ногу тощую свинью. Остальные свиньи и собаки с воем и визгами преследовали ее. За ними, едва не опрокинувшись на повороте, пролетели сани, набитые всеми похоронными дураками. А посреди них стояла в санях во весь рост огромная женщина в черном…

– Черная охота! – мелькнули в голове Федота незнакомые ему слова, но он даже не смог этому удивиться, так заворожило его это зрелище.

Черная женщина размахивала сверкающим клинком, сделанным словно из луча лунного света. Пролетая мимо Федота, она закричала что-то пронзительное и показала клинком вперед. В тот же миг Белка вдруг сорвалась с места и с лаем бросилась следом за охотой, будто увлеченная общим порывом или призывом женщины в черном балахоне.

– Стой, Белка, куда?! – закричал Федот и бросился следом, чтобы перехватить ее.

И так оказался вовлечен в общее движение, которое обладало чудовищной силой, противиться которой никто, захваченный дикой охотой, не в силах.

Белка бежала с лаем, но догнать сани не могла, Федот мчался следом и кричал: «Стой! Стой!» – но догнать тоже не мог, и не мог остановиться.

Так промчались они мимо попа и стрельцов, быстро свернувших с дорожки на целину, и полетели к опушке.

А там корова с разбегу ухнула в могильник, вырытый Федотом, за ней свиньи и собаки, и туда же улетели сани со всей веселой компаньицей.

Одна Белка сумела удержаться на краю, и когда подбежал Федот, лаяла на песчаный бугор, который он накидал.

На куче стояла величественная женщина, облаченная в мрак, который клубился вокруг нее. Лицо ее было прекрасно и отдавало тем ночным синеватым светом, который разливается вокруг луны в безоблачные ночи.