Пойди туда, не знаю куда. Книга 4. Сват Наум

Врата были удивительно похожи на те, к которым Нетот когда-то подымался по всходу с Учителем и Баимом. И тоже были закрыты. А то, что они жутко прочные и твердые, Нетот помнил.

– Эй-эй, убьемся! – закричал он птице, еще сильнее натягивая свой повод.

– Небось, небось, прорвемся! Царства небесные силой берутся! – крикнула в ответ птица Рах, зазвенела своей мелодичной песней и принялась набирать скорость, метясь в самый створ ворот.

Нетот непроизвольно зажмурился, ожидая удара, но удар произошел где-то впереди.

Нетот распахнул глаза и увидел, как створки ворот разлетаются, пропуская их в белое марево, а когда обернулся, успел заметить, как они быстро захлопнулись за ними, едва не прищемив птице Рах хвост.

Они с птицей дружно заорали, выпуская то, что накопилось в груди, словно мчащиеся с крутой горки на санках. Вот только горка эта вела вверх.

Скорость их все возрастала, видимо, благодаря млечному пути, который их подхватил. Сначала был только свистящий мимо белесый туман, затем замелькали, словно они летели сквозь слоеный пирог, полосы звезд, света и тьмы, чередуясь без всякого порядка, на взгляд Нетота.

Это длилось долго, так что Нетот почувствовал, что начинает засыпать, несмотря на все свое внутреннее напряжение. Это его пугало, поскольку можно было свалиться с птицы, и, как он предполагал, потеряться в этих бесконечных пространствах.

Он изо всех сил цеплялся за уздечку, но сон одолевал его, расслабляя тело, и он собрал все свое сознание на одном: не разжать руки, держащие подарок богини, не выпустить волшебный пояс…

Дурак

– Поди, дурак, принеси дров!

Визгливый голос младшей невестки привычно разгонял его сон, но он столь же привычно укутывал его в еще плотные остатки сна.

– Да вели ему и воды принести! – подхватила старшая невестка. – Скажи, кормить не будем, если не принесет!

– Слышал, дурак, давай дров и воды! – завизжала младшая.

Дурак довольно успешно защищался сном от голосов, но невестки не отставали и стали кидать в него валенками.

Валенкам сон сопротивлялся плохо…

Он, оказывается, спал на печи, и спать становилось все труднее, потому что печь остыла, и под тулуп, которым он укрывался, задувало. Дров нести все-таки придется…

Дурак все же попытался натянуть тулуп на голову, чтобы не попали сапогом, и почувствовал, что его руки сжимают какую-то веревку. Он поднял ее к глазам.