Покидающие Эдем. Книги вторая и третья

– Ты никогда не говорила раньше об отце Оракуле… И о его смерти…

Лей кивнула седой головой, и Марти не спросил ее, почему.

Перегринами восхищались. Их любили. Но и боялись. Они несли в себе частицу Прежнего мира. И эта частица могла разрушить спокойную мирную жизнь райского сада, огороженного от всех несчастий мира стеной из драгоценных камней. Поэтому в Эдеме было не принято говорить о Перегринах и тем более рассказывать детям о родителях-Перегринах, погибших во внешнем мире. Кто знает, а вдруг эти рассказы будут плохо влиять на них?

– Удачи тебе, мой мальчик! – Лей вытерла слезы и крепко-крепко прижала Марти к себе.

 – Спаси Эрин и возвращайся назад. Не ходи дальше, послушай меня!

– Я не знаю, – честно ответил Марти, – Спокойной ночи.

И он бегом поднялся к себе в комнату.

Ночью Марти никак не мог уснуть. То ли он волновался из-за предстоящего пути, то ли истории, рассказанные бабушкой, не давали ему покоя. Так вот откуда у него эта любовь к странствиям и неизведанному! Вот почему ворота всегда так манили его! И наверняка, Сельма знала это, но не рассказывала ему.

Так вот почему он так мало видел отца! Тот всегда был там, вне Эдема, искал что-то, и в один день его не стало! Марти попытался отогнать от себя эти мысли и закрыл глаза.

– Ты еще не знаешь себя, Марти, – услышал он голос Оракула и провалился в глубокий сон.

Утром, сразу после того как рассвело – попугай еще висел вниз головой – Марти снова пришел к Сельме.

– Королева Фей! – обратился он, к сидевшей в плетеном кресле женщине, – Я пришел, чтобы проститься с Вами.

Мы идем в царство Кале. Идем, чтобы спасти Эрин и помочь моему брату и Мелинде.

Сельма кивнула головой.

– Я всегда знала, что вы с Эрин… Вы не такие как другие.

Она поднялась с кресла и, приблизившись, положила ему руку на плечо.

– Вы умеете любить. Ты ведь любишь брата? И бабушку? И своих друзей? Такой же твой брат. Такая же Эрин. Такой же была и Мелинда. Возможно, когда-нибудь ты узнаешь, что есть и другие чувства.

А прочие… Они не знают эмоций. Они спокойные, равнодушные. Они не злые. Но добрые ли они? Вот в чем вопрос.

– Конечно, добрые! – уверенно заявил Марти.

– А кому они сделали добро? – поинтересовалась Сельма, и мальчик не нашел, что ответить.

– Вот видишь!

Она грустно улыбнулась.

– Ты пока еще тоже только начинаешь слушать свое сердце, – продолжила она. – Потому что здесь – оно вечно молчит. Иди, Марти! И удачи тебе.