Полет бабочки. Путь наших детей

«И ему холодно», – подумала Нинель, растирая руками озябшие плечи». Нет, так не годится! – Нина рывком встала и обняла «боевую подругу». – «Я здесь замерзну. Я не могу ночевать здесь. И ты меня не согреешь. Надо возвращаться. По крайней мере, до завтра».

Она поцеловала кобылу в шершавую щеку и похлопала по покатым бокам: «Ну, родная, едем!»

Глава 4

Эта была долгая ночь. Когда Нинель добралась до своего нового дома, было уже далеко за полночь.

«Эх, – спрыгивая с лошади, сказала Нинель, – все, чего хочу, так это горячего чая и вчерашних котлет.

«Она повернулась лицом к лошади и, как будто та разделяла ее монолог, повторила: «Все что хо-чешь за кот-ле-ты. И теплое одеяло». Она отпустила Малышку в приволье, похлопав рукой по спине, и направилась в сторону дома.

«Юг. Юг, – буркнула Нинель, – а вечером холодно как в холодильнике».

Открыв скрипучую дверь темного подъезда, Нинель остановилась. Странное и знакомое чувство заставило ее замереть. Своим затылком, спиной и даже пятой приятностью она чувствовала и даже знала, что сейчас и именно сейчас на нее пристально, словно в прицел, смотрит не одна пара глаз.

Этот необычный, но все-таки дар Нина когда-то успешно применяла в школе при списывании. Она безошибочно определяла удачный момент для шпаргалок. Так и сейчас. С любопытством повернувшись носом через плечо, она увидела, как со всех сторон ее вчерашние соседи тихо, но решительно направляются к ней и окружают ее.

«Бежать не стану, – что-то решилось внутри. – Не стану, и точка».

В одно мгновение толпившиеся люди обступили Нинель, толкались и молчаливо смотрели на нее во все свои большие глаза.

«Привет лунатикам!» – иронично махнула рукой Нина, но в ответ ничего не последовало. Люди, как и прежде, стояли и с внимательным видом смотрели на нее. Юмор здесь не понятен. – Да, здесь не очень-то любят общаться». Никто не торопился начать разговор первым.

– Эй, ты кто? – спросила она мальчишку, который стоял все время рядом и, казалось, сам готов был присоединиться к объятиям.

Он был высокого роста, выше всех отдельных детишек, с большими круглыми коленками, возраста шести лет.

– Я – Мишка, – сказал мальчуган, шмыгнув большим несуразным носом. – Я здесь живу. Пока, – со значительным видом закончил свое представление Мишка.

– Ха! Конечно! – выкрикнул со спины Нины мелкий мальчишка с острыми глазками. Он был маленького роста, со взрослым взглядом, в коротких несуразных штанах.

– Его мамка смыла как негодного.