Полет в бездну

Водитель, совершенно седой, но не старый еще мужчина, поглядел на Петрищева голубыми глазами ребенка и переспросил:

– Лихов переулок?

Петрищев кивнул, и машина рванула с места. Необычайная скорость, с которой они неслись по Ленинградке, Антону не понравилась. Сзади, в салоне, что-то постукивало. Петрищев оглянулся и с ужасом обнаружил полированный гроб. Страшный ящик подпрыгивал и трясся, крышка с него постепенно сползала, поблескивая тусклым медным блеском массивных ручек.

– Что это? – заикаясь от страха, спросил Антон.

– Жмурик, – ответил водитель и вновь оглядел пассажира детскими голубыми глазами.

– Сейчас же остановите машину! – закричал Петрищев не своим голосом.

Водитель ухмыльнулся и прибавил скорость. Они, как в американском боевике, перестраиваясь из ряда в ряд и обгоняя всех на гноем пути, гнали, не останавливаясь на светофорах. Антон, превозмогая страх, еще раз оглянулся. По спине поползли мурашки. Из-под крышки гроба выбилась рука с тонкими пальцами, украшенными черным маникюром.

На мертвенно-бледном мизинце сверкал перстень. Камень перстня блеском слепил раза. Антон зажмурился и замер. Чтобы не потерять сознание от ужаса, он вобрал в легкие как можно больше воздуха и заорал так, будто его уже поджаривают:

– Стойте! А-а-а-а!

Шофер от неожиданности выпустил руль, и страшный удар вжал тело Антона в сиденье. На несколько мгновений Петрищев лишился чувств. Сколько длилось беспамятство, он не понял, но, когда сознание вернулось, еще минуту боялся пошевелиться.

Потом повертел ногой – цела. Руками – тоже. Антон привстал и глянул на водительское место. Седого он не обнаружил. Руль, сбитый ударом вбок, упирался в спинку водительского сиденья.

Петрищев открыл дверь и осторожно вышел. Лимузин стоял, обтекая капотом фонарный столб. Задняя дверь машины открылась и торчала кверху. Рядом на тротуаре лежал полированный дубовый гроб, плотно закрытый крышкой. Петрищев, дрожа всем телом, приблизился к жуткой таре. Внезапно гроб открылся и голубоглазый с неестественной улыбкой выскочил оттуда, словно его выбросила пружина.

Антон отшатнулся. Седой не обратил на него внимания и аршинными шагами удалился. Как оказался водитель в гробу? Антон не успел и подумать. Он лишь заметил у водителя на пальцах бледной руки черный маникюр и на мизинце сверкающий перстень.

Минуту Петрищев стоял без движения. Наконец оцепенение его оставило, и юноша осмотрелся. Авария настигла катафалк прямо возле парадного Вики.